Книга Самый тёмный грех, страница 73 – Ноа Хоуп

Вскоре огни особняка исчезли из поля зрения, растворившись в ночной дымке. Узкая, едва заметная тропинка привела меня к обрыву. Внизу ревел океан, с яростью бросая волны на острые скалы. Бесконечная чёрная бездна словно манила к себе, обещая забвение.

Сил больше не было. Я рухнула на землю, обхватив колени руками, и, наконец, позволила себе рассыпаться на осколки. Слёзы хлынули безудержным потоком, обжигая щёки. Я не просто плакала – я выла, выплёскивая всю накопившуюся боль, страх, отчаяние. И я не могла это остановить, да и не пыталась.

Ветер трепал мои волосы, холод пробирал до костей, но я ничего не чувствовала, кроме душевной муки, разрывающей меня изнутри.

Вспышками, словно кадры из старого фильма, начали возвращаться воспоминания. Тёмная, затхлая комната, ледяной пол под ногами, запах плесени, холодные стены, чужие грубые руки, сжимающие мои запястья. Дикий, животный ужас, парализующий каждое движение. Мой собственный крик, застывший в горле.

Меня выворачивало наизнанку от этих картин, от боли, которая возвращалась с удвоенной силой.

Закрыв глаза, я попыталась сосредоточиться. Образы мелькали перед внутренним взором: голос мужчины, шёпотом зовущий моё имя; свет, пробивающийся сквозь тьму; тёплая рука, вытаскивающая меня из бездны. Но затем всё снова затуманилось.

– Боже, за что? – прошептала я, сжимая виски до боли. – Почему я такого плохо всё?

Шум волн становился громче, как будто море отвечало мне своим вечным ритмом. Я чувствовала себя ничтожной песчинкой перед лицом этой стихии. Всё, во что я верила, вдруг оказалось ложью.

– Что произошло два года назад на самом деле? – закричала я в пустоту, но ветер тут же унёс мои слова, растворив их в ночной мгле.

Взгляд упал на осколок стёкла, поблескивающий в лунном свете. Он лежал у моих ног, как будто ждал меня. Я осторожно подняла его с земли. Острые края впились в ладонь, но я ничего не почувствовала. Только тепло крови, стекающей по руке и каплямипадающей на землю.

Боль. Резкая, жгучая, физическая боль. Она была настолько осязаемой, что на мгновение заглушила душевные муки. Это было как глоток свежего воздуха, как спасательный круг в бушующем океане отчаяния. Я смотрела, как кровь смешивается с землёй, и мне казалось, что вместе с ней уходит кусочек невыносимой боли, разрывающей меня на части.

Но это было лишь кратковременное затишье. Я знала, что скоро нахлынет новая волна ужаса. Я была сломана, разбита и не представляла, как собрать себя воедино.

Ещё один порез. Ещё одна алая дорожка на коже. Я чувствовала себя живой только благодаря этой боли. Это было доказательством того, что я всё ещё здесь, на краю обрыва, а не там, в том кошмаре, который преследовал меня даже с открытыми глазами.

Воспоминание. Два года назад.

Прошло уже две бесконечные недели с тех пор, как меня похитили средь бела дня, а моя жизнь превратилась в кошмар, из которого, казалось, нет выхода. Я сидела на грязном матрасе в углу комнаты, и каждый шорох заставлял моё сердце пропускать удары. Время будто растянулось в бесконечность.

Голова кружилась от голода, тело ныло от побоев, а душа разрывалась от криков других девушек, доносящихся из-за стен. Их страдания эхом отзывались в моей голове, и я ощущала, как постепенно теряю рассудок. Я была беспомощна и не знала, найду ли когда-нибудь путь к свободе.