Книга Пригнись, я танцую, страница 159 – Саммер Холланд

С едой на пассажирском сиденье Том возвращается домой: по его расчетам, даже если бы Кэтрин попыталась сбежать, то не успела бы. Это же десяток костюмов упаковать, не считая бесконечных баночек и флаконов из ванной. До ее появления в его жизни он и близко не представлял, сколько разных вещей можно мазать на лицо. Жидких, не очень жидких, летучих и даже твердых.

Точно! Том застывает на пороге, вспомнив, что они с Майей как раз заказали лопастной компрессор и никелевый сплав. Хотели повозиться с одной идеей, но для его задач они пригодятся куда больше. Гениально, просто гениально. Ай да Тыковка Гибсон, какой умница! Вот с компрессора он и начнет, нужно всего-то из мастерской в гараж перетащить. Только прямо сейчас не стоит танцевать: дома его ждет расстроенная жена.

Задвинув радость на задворки сознания, он заходит в квартиру. С виду все целое и даже как-то чище стало, что ли…

– Моя королева, – аккуратно зовет Том. – Ты здесь?

– Да, я на кухне, – спокойно откликается Кэтрин. – Ты привез пиццу?

– Конечно, я же обещал.

Он продвигается внутрь, надеясь, что из-за угла ему в голову не прилетит рисоварка. Нет: Кэтрин и правда сидит за стойкой напротив ноутбука и только приветственно кивает:

– Спасибо, любимый. Я проголодалась.

Телевизор на месте, на нем не видно трещин. Ничего не порвано и не разбито… Неужели план сработал и Кэтрин действительно все обдумала и приняла?

– Я могу поужинать с тобой? – спрашивает Том.

– Конечно, – с готовностью отодвигает ноутбук она, – мне кажется, мы не договорили.

– Да, – выдыхает он и кладет перед ней коробку с пиццей.

Кэтрин шумно вдыхает запах свежевыпеченного теста и тут же открывает коробку. Ее взгляд на секунду становится восхищенным, и этого достаточно, чтобы уменьшить его переживания.

Если она способна радоваться пицце в форме сердца, в их отношениях еще не все потеряно. Том неловко ставит свой ланч-бокс и выдвигает на середину панчаны: сколько бы ни говорила, что они ей не нужны, все равно залезет в его тарелку.

– Это очень мило, – произносит Кэтрин. – Спасибо.

– Мне не стоило разговаривать с тобой так грубо, – отвечает Том. – Прости.

Она переводит взгляд с пиццы на него и обратно, а потом отгибает крышку коробки, чтобы завернуть ее назад.

– Да, тебе не стоило, – с достоинством кивает Кэтрин. – А мне не стоило грубо отвечать. Давай обсудим спокойно?

Что-то не так. Том еще раз бросает взгляд на квартиру – подозрительно тихо и чисто. Когда он уходил, Кэтрин кипела эмоциями и еле сдерживалась, чтобы не заорать на него. Что такого она надумала, пока он ждал пиццу?

– У меня нет никакой травмы, – выпрямляется она. – То, что я рассказываю тебе о смерти пациентов, – просто часть моей жизни. Я врач, мы встречаемся с разными случаями, иногда они оказываются терминальными. Быть осторожным в назначении лечения – это не травма, а профессионализм.

– Хорошо. – Том готовится к новой битве.

– Я могу принять то, что ты не хочешь включать меня в свое лечение. Но считаю, что это не моя, а твоя травма.

– Кейт, я просто хочу…

– Чтобы у тебя была жена, я поняла. И мне очень обидно, если честно, что ты мне не доверяешь.

– Милая, я доверяю тебе на сто процентов, – перебивает Том. – И уже сказал это. Но для меня важно, чтобы моя жена оставалась ей. Не хочу видеть тебя во врачебном халате дома. Даже в постели. Я вообще не по ролевым играм.