Книга Пригнись, я танцую, страница 63 – Саммер Холланд

– Без кофе ты не отведешь меня в спальню? – сквозь смех спрашивает она.

– Нет, – он опускается к ее уху, словно они не одни в квартире, – потому что тебе сейчас понадобится вся эта энергия.

Звучит самоуверенно, но от того, как его губы касаются чувствительной точки рядом с ухом, у Кэтрин по спине пробегают мурашки. Том отстраняется, подталкивает к ней чашку, и она послушно делает глоток уже остывшего кофе.

– Раз я остаюсь, – Том выпускает ее, и без тепла его тела почему-то становится зябко, – мне нужно кое-что знать.

– Что именно?

Он обходит стойку, возвращается на свое место и недолго копается в сумке.

– Как тебе нравится?

– Что? – едва не давится кофе Кэтрин.

– Заниматься любовью, – спокойно произносит Том.

Что-то шелестит, пока он засовывает это в карман. Кэтрин выдыхает с облегчением: презерватив. Значит, этот разговор точно не придется начинать. Но Том садится на стул и берет в руки чашку, ожидая ответа на свой вопрос. Взгляд его и без того карих глаз словно больше темнеет, и дурашливый «гопник из Манчестера» сменяется на кого-то нового.

– Я не могу сказать, – признается Кэтрин и находит спасение в чашке.

– Не хочешь? Или просто сама не знаешь?

Она только неопределенно кивает: как ему объяснить? За весь вечер он ни разу не поднял тему бывших, да и сама Кэтрин избегала вопрос Брайана Пака. Но теперь это становится неожиданно важным.

– У меня не то чтобы было много секса, – неловко говорит она своей чашке. – Сложно сказать, как именно мне нравится.

– Ты же… не девственница?

– Нет, – нервно смеется Кэтрин. – Но у меня был всего один партнер.

– Ох, – выдыхает Том. – Тогда… давай просто попробуем. Если ты правда готова.

А почему она вообще готова? Кэтрин прикусывает губу изнутри и закрывает глаза. Это слишком странные мысли, чтобы в них погружаться. Десять лет с одним парнем. Год даже без намека на флирт. И вот теперь после первого же свидания она зовет Тома к себе домой и практически соблазняет его.

Это совсем на нее не похоже: она ведь монашка, как говорила Хейли. Правда, та же и называла ужин в ресторане третьим свиданием, а не первым, но это все равно слишком странно.

– Кейт, – раздается у нее над ухом.

Теплые ладони ложатся ей на бедра. Кэтрин открывает глаза, и все снова становится правильно: Том опускается к ее губам с недолгим, но уже уверенным поцелуем.

– Все будет хорошо, – обещает он. – Обними меня.

Он помогает ей сползти со стула и, как тогда в баре, начинает кружить в неторопливом танце без музыки.

– Кейт, – повторяет он снова, а потом снова, мурлыкая ее имя в какой-то мелодии, – моя королева Кейт.

Они двигаются в сторону спальни, и Кэтрин расслабляется в чужих руках, впервые давая судьбе в его лице вести ее. У самой двери он останавливается, дергает ручку вниз и чуть толкает. Игривая улыбка и спокойный взгляд приглашают ее внутрь, и она делает этот шаг, отогнав сомнения.

В спальне темно. Том останавливается сзади, собирает волосы Кэтрин, приподнимает их и оставляет невесомые поцелуи на затылке, спускаясь ниже, пока позволяет вырез платья. Задержав дыхание, она вздрагивает от каждого прикосновения, настолько интимного, будто они уже раздеты.

– Где включается свет? – хрипло спрашивает Том.

– Зачем? – с трудом отвечает она.

– Мне нужно тебя видеть.

Кэтрин вслепую находит выключатель, и мягкий свет на потолке – она еще задавалась вопросом, зачем он здесь, – создает в спальне нужную атмосферу. Том перекидывает волосы ей на плечо и медленно расстегивает платье.