Книга Девять поводов влюбиться, страница 78 – Сола Рэйн, Мария Манич, Юся Нова, и др.

– Долларов? – на всякий случай спросила я. Уточнять никогда не вредно, а то вдруг она имела в виду пару сотен неприятностей, к примеру.

– Ну конечно. Знаете что, приезжайте ко мне, и мы обо всем поговорим.

– Когда приезжать?

– Да прямо сегодня. Когда вы освободитесь?

Что-то в ее голосе мне не понравилось. Она говорила словно с заложенным носом и не совсем так, как обычно. И потом, к чему такая спешка?

С другой стороны, я все-таки круглая сирота с тремя приемными семьями в анамнезе, а это кое-что да значит. Не то чтобы я никого не боялась – это глупо, разумный страх помогает выжить в нашем непростом мире, – но обидеть меня можно, только переехав на танке. Дважды.

Она продиктовала адрес, но я, сверившись с картой в интернете, предупредила собеседницу, что не смогу приехать раньше десяти вечера.

– Хорошо, я буду ждать. Когда подъедете к дому, позвоните, я скажу консьержу, чтобы он вас пропустил.

Мысль о том, что я заявлюсь в дом с консьержем, мне понравилась, но я решила на всякий случай уточнить кое-что и залезла в интернет. Валентайн, конечно, замечательный пес, но уж не собираются ли меня втянуть в нечто криминальное?

Однако интернет мог предъявить мне только несколько ослепительных фото Сандры, которая улыбалась так, словно у нее было 64 зуба, и ее страницы в соцсетях, совершенно приличные, из которых я выяснила, что она любит балет и подписана на несколько пабликов музеев. Всегда подозревала, что люди, которые активно интересуются искусством, могут таить массу сюрпризов.

Улучив момент, я поймала Мерсера в коридоре.

– Джонатан, а это правда, что пишут про мисс Уистлер?

– В смысле? – удивился мой собеседник. Обычно он знал все про наших клиентов, но я не могла спросить у него в лоб, не замешана ли хозяйка Валентайна в чем-то предосудительном.

Слово «предосудительный» я вычитала в словаре, если что. Вообще, знание некоторых слов здорово поднимает самооценку. Беда только, что большинство думают, что это совсем другие слова.

– Ну, про нее всякое говорят, – неопределенно протянула я, – ты же понимаешь…

– Господи, Клара, ну, каждый зарабатывает как может. Она зарабатывает эскортом, но это ее дело.

– И полиция не имеет к ней претензий?

– Насколько мне известно, нет. А что?

– Так. Ничего.

Впрочем, это мне вовсе не помешало переложить пистолет из бардачка в карман куртки, когда через несколько часов я припарковала машину недалеко от дома Сандры. Видите ли, я не против доверять людям и в какой-нибудь другой, идеальной жизни я обязательно этим займусь. Но пока я живу в Лос-Анджелесе, я чувствую себя спокойнее со стволом под рукой, хоть он и достался мне не совсем законным путем.

Валентайн с лаем выбежал мне навстречу, покружился на месте и побежал обратно. Сначала меня озадачило, что Сандра, открывшая мне дверь, отошла в тень и стоит ко мне почти что спиной, но когда мисс Уистлер все же пришлось повернуть голову, я поняла, в чем дело.

– Заходи, Клара.

И мы оказались в гостиной, но кроме игрушек Валентайна, разбросанных повсюду, и картины на стене в ней не было ничего необычного. Картина изображала девушку в зеленом платье и перчатках, которая одной рукой придерживала шляпку. Тысячи картин изображают девушек в платьях – и без платьев, – но именно от этой нельзя было отвести взгляд.