Книга Одри, герцогиня Йорк, страница 70 – Айлин Лин

— Даже обучение грамоте? — всё это время раббат меня не перебивал, кивая в такт словам. — Умным человеком сложнее управлять, вы понимаете это? В его голове станут возникать мысли, порой бунтарские, — и замолчал, ожидая моей реакции.

— Восстанияи без всякого образования могут вспыхнуть, если человек не приучен думать, а потом делать, — широко улыбнулась я. — Мы же покажем им совсем другой мир, дадим в руки работающие инструменты, перед моими людьми откроются новые горизонты, например, сын гончара не захочет жечь горшки, но может стать ювелирных дел мастером, которому не будет равных. Или гениальным музыкантом. Вы меня понимаете?

Лицо собеседника будто разгладилось, и Нолан наконец-то улыбнулся:

— Вы первая, кто высказал вслух мысли созвучные с моими. Но все мои начинания в эту сторону пресекались теми, кто выше. Правда, некоторые я всё же смог протолкнуть, например, лечебницу при Ромейской святости.

— Так это ваш проект? — притворилась, что не знаю.

— Проект?

— Дело, направленное на создание чего-то уникального.

— Да-да, оно самое, половину жизни этому посвятил, — закивал раббат. — Только результатами этой работы в основном пользуются богатые люди, — он устало потёр переносицу. — Но я всё же нашёл обходные пути, чтобы лечебницей могли пользоваться и простые смертные.

— Так вы работали с неистинными? Что заключены в подземельях Ромейской святости? — спросила я. — Те же чудодейственные настойки выходили из-под их рук.

— Поверьте, с ними обращались очень хорошо, я позаботился, чтобы моих учеников сытно кормили, тепло одевали, давали, насколько это возможно, свободу передвижения… — он говорил, а я видела тоску в этих добрых глазах.

— Мы в ответе за тех, кого приручили, — я не хотела его обижать, он ведь и правда сделал для неистинных всё, что мог, наверняка даже больше, чем рассказал, — с вашим уходом неизвестно, как теперь будет.

— Это-то меня и удручает. Но есть надежда, что их жизнь не изменится, они нужны Его Святейшеству, а он любит деньги и понимает, что святые источники и настойки только выиграют, если неистинных не будут обижать.

— Ой ли? — я едва сдержалась, чтобы не фыркнуть. — Но давайте пока отложим разговор о ваших подопечных, — я планировала сделать набег на Ромейскую святость, но сообщать об этом раббату не стану. — Так вы согласны помочь?

— Согласен, — твёрдо кивнул старик, — и школа, и лечебница — сделаю всё возможное, чтобы они процветали.

— Замечательно! Просто прекрасно. Только людей с даром, которых я могу вам выделить, нет. Они все при деле и весьмазагружены.

— Я видел, что в Друидор прибывают всё новые неистинные…

— И они тоже сразу же пристраиваются в те места, где сильно нужны. Потому наберите из простых горожан, присмотритесь к женщинам, всем будет положено снабжение из казны, и монетка в качестве платы за труды. Пока небольшая, но всё же… Я также позвала тех, кто после прошедшего мора, остался без кормильца, их устроят в квартирах, и дадут работу, почему бы и не под вашим началом?

— Я вас понял, леди Одри. Сегодня на вечерней службе поговорю с прихожанами, — задумчиво кивнул раббат.

— И ещё, раз уж вы обмолвились… Я не планирую посещать службы. Ни утренние, ни вечерние.

— Вы не верите во Всевышнего? — кустистые брови подскочили вверх.

— Отчего же? Но разве для молитвы нужно идти в какое-то определённое место?