Книга Укради мое сердце, страница 41 – Лора Павлов

Хорошо. Пусть злится. Так даже лучше. Поцеловать ее было бы катастрофой.

Да и интрижки с коллегами — вообще не моя история. У меня строгие правила: никакого секса на работе. А вряд ли она — та, с кем можно провернуть одноразовую историю.

Так что я приму душ, подрочу и выпущу пар.

Только вот, когда я вернулся домой, делать этого совершенно не хотелось. Я метался по гостиной и налил себе еще виски.

Да как она смеет называть меня трусом?

Я залпом осушил бокал.

А потом уставился на экран телефона. Казалось, прошли часы, хотя прошло секунд девяносто.

Я поднял телефон и набрал:

Назови меня трусом еще раз — и я подам жалобу в отдел кадров и оформлю тебе выговор.

Это было смешно, но я хотел, чтобы она поняла — меня задел ее комментарий.

Принцесса:

А за что мне дадут выговор? За то, что я сказала правду?

Вот же нахалка.

Я:

Теперь я могу оформить выговор тебе — за агрессивное поведение по отношению к наставнику.

Принцесса:

Я просто спросила, почему ты ненавидишь свой день рождения.

Я:

Что мы теперь, подружки?

Я налил себе еще выпить. Меня бесило, что я не могу об этом говорить. Бесило, что даже спустя столько лет меня все еще накрывает этой чертовой тоской.

Принцесса:

Точно нет. Подружки хотя бы не вызывают у друг друга хлыстовую травму.

Я допил, поставил бокал и завалился на диван.

Я:

И в чем, прости, я вызываю у тебя хлыстовую травму?

Принцесса:

Не строй из себя знатного оратора, Чедвик. Ты прекрасно знаешь, как.

Я:

Скажи мне.

Принцесса:

С чего бы? Ты сам ни на один вопрос не отвечаешь.

Я:

Да черт побери, Принцесса. Просто скажи, как я вызываю у тебя хлыстовую травму.

Принцесса:

Хмм… мы купались у меня в бассейне в нижнем белье, а потом ты смылся, как будто за тобой гнались с пистолетом. А сегодня вечером выглядел так, будто собирался меня поцеловать… а потом опять сбежал. Ты играешь в игры. А я в игры не играю. Так что можешь расслабиться — ты один сплошной красный флаг.

Я:

Красный мой любимый цвет, так что с этим я могу жить.

Принцесса:

Спокойной ночи, Чедвик. Я устала ходить с тобой по кругу.

Я провел рукой по затылку и набрал ее номер.

— Я говорю тебе «спокойной ночи», а ты звонишь? — прозвучал ее голос, как только она ответила. — Еще один пример, как ты сбиваешь с толку.

— Замолчи, — пробурчал я, подойдя к барной стойке и налив себе еще.

— Ладно, я кладу трубку. Вот об этом я и говорила. Ты звонишь, а потом велишь мне заткнуться? Спокойной ночи.

— Не вешай трубку. — Я опрокинул виски и со стуком поставил бокал. — Я сейчас тебе кое-что расскажу. И мне не нужны ни вопросы, ни сочувствие, ни комментарии. Ничего. Ясно?

— То есть ты звонишь мне… и это даже не разговор?

— Хенли.

— Истон.

Я застонал:

— Я не хочу быть гребаным трусом. Поэтому скажу тебе, почему ненавижу день рождения. Но потом — ни слова об этом. Договорились?

— Договорились, Злой Гений.

— Я был с Джилли три с половиной года. Думал, что женюсь на ней после выпуска из юрфака. Был уверен, что знаю, каким будет мое будущее. — Я опустился на диван. Тишина была непривычной. — Ты еще тут?

— Да.

— А ты молчишь.

— Ты же сказал мне ничего не говорить. Вот я и слушаю.

Я выдохнул.

— Джилли уехала в выпускную поездку с подругами. Должна была вернуться на следующий день после моего дня рождения. Я подшучивал, что она пропустит праздник, но это была шутка. Просто шутка.