Книга Мой светлый луч, страница 117 – Лора Павлов

Провел рукой по моему лицу, убирая волосы:

— Ты что-то забыла, Дикая Кошка?

— Забыла сказать, что буду по тебе скучать. Что это тоже были лучшие три месяца в моей жизни. И все это — благодаря тебе.

Он поднялся, подтягивая меня вместе с собой.

— Логично, что на прощание ты меня снова уронишь. Это же в твоем стиле. — Он улыбнулся мне.

Слезы текли по моим щекам, и мне было плевать. Берт снова свистнул, и я повернулась к нему, заорав:

— Заткнись, Берт! Дай мне нормально попрощаться, или я тебя сейчас уложу рядом!

Он поднял руки и покачал головой:

— Ладно, у тебя две минуты,блондиночка.

— Ага, значит, для красивых девушек ты правила нарушаешь, — фыркнула я.

Берт развел руками и отвернулся.

— Спасибо, что вернулась, — сказал Рейф, стирая мои слезы большими пальцами. — Не плачь, красавица.

Я хотела сказать.

Оно уже было на кончике языка.

Я люблю тебя. Я не могу остаться, но я люблю тебя.

— Прости за боль в спине, с которой ты завтра проснешься, — сказала я дрожащим голосом.

— Она того стоит. Любая боль, что я почувствую завтра, Лулу, — это все стоило того. — В этих словах было гораздо больше смысла, чем просто про спину. Потому что настоящая боль ждала нас утром, когда мы проснемся поодиночке.

Он наклонился и поцеловал меня.

К нам подъехала машина охраны с мигалками, и Рейф закатил глаза:

— Ладно, ухожу.

— Мне тоже пора на посадку. Я буду скучать по тебе, Рафаэль.

— Я тоже буду скучать, — сказал он, взглянув на часы. — Беги за своей мечтой, Дикая Кошка.

Я кивнула. Развернулась, схватила вещи и побежала к своему выходу на посадку.

Бежала навстречу своему будущему.

Но в ту секунду я знала одно:

Свое сердце я только что оставила позади.

Рейф

Один месяц и три дня без нее.

Слишком много пьяных ночей с парнями, где я сидел как жалкий неудачник.

Одна позорная игра в пиклбол, после которой я ушел с корта посреди матча.

Вот так теперь выглядела моя жизнь.

Ничего не клеилось. Я вернулся в свой дом, который только что закончил переделывать — он был именно таким, каким я его хотел видеть.

Но без нее он не чувствовался домом.

Все стало другим без Лулу Соннет.

Она перевернула мой мир с ног на голову, и теперь я не знал, как вернуться в прежнее состояние.

Работа бесила. Начальник был козлом.

А все вокруг сходили с ума из-за того, что я ходил с лицом тучи.

Кларк: Туча над нами все еще сгущается?

Истон: Ага. Вчера он ушел с корта, когда одна из «Золотых девочек» спросила про Лулу.

Я: Это не из-за этого я ушел с корта.

Бриджер: Он ушел, потому что у него порвался браслет.

Арчер: Он теперь носит браслеты? Как медальон?

Аксель: Черт, парень явно поехал крышей. Что, там прядь ее волос внутри?

Я: Ммм… на секундочку. Этот самый парень, а.к.а. ваша туча, сейчас читает этот чат, ублюдки. И это не браслет.

Истон: Анклет?

Кларк: Кольцо верности?

Я: Пошли вы. Бриджер своей ракеткой ударил меня по запястью, возможно, сломал кость, кстати, я до сих пор хожу с бинтом. И, к слову, он еще и цепочку на браслете порвал.

Аксель: Кто вообще носит браслеты на пиклбол? Я думал, про украшения мы шутили.

Я: Они оба памятные, вы, несчастные бестолочи.

Кларк: Оба? То есть, у тебя два браслета?

Я: Да, одно плюс одно равно два, тупицы. Я называю их «запястный лед».

Бриджер: На всякий случай: я тебя не ударял. Это твое запястье налетело на мою ракетку.