Книга На берегу, страница 102 – Лора Павлов

Мы словно жили в мыльном пузыре и я совсем не спешила его лопать.

Линкольн

Статья Бринкли про того ублюдка Брина Локхарта сегодня вышла в печать, и мы решили отметить это ланчем в кафе Коттонвуд. Потому что, ну а кому не хочется в середине дня оказаться жертвой сексуальных домогательств от чересчур настойчивой дамочки?

— Вы двое, гляжу, все время вместе. Вы точно только работаете? Или есть и удовольствие? — пропела миссис Ранитер, нависая над нашим столом. Ее платье с глубоким вырезом предательски распахнулось, обнажив грудь — лифчика на ней явно не было, и мое желание доесть макароны с сыром улетучилось моментально. Я перевел взгляд на свою девушку — смотреть на сиську, лежащую рядом с моим меню, не хотелось вообще.

И это были явно не те груди, которые хочется видеть на обеде.

Бринкли скосила на меня глаза с дьявольской ухмылкой, а потом повернулась к пожилой женщине:

— Он — работа на полную ставку, миссис Ранитер. А у вас тут… хм… ситуация. Даже две.

Женщина посмотрела вниз и хихикнула:

— А может, это то, что вам как раз нужно, чтобы взбодриться?

— Точно нет, — пробормотал я себе под нос, так, чтобы только Бринкли услышала.

— Работа без отдыха делает Линкольна очень скучным мальчиком, — выпятив огромные, налитые мандариновым глянцем губы, добавила она. Вид у нее был… странный.

— Поверьте, тут скучным и не пахнет, — подмигнул я.

Она хлопнула в ладоши:

— В этом я не сомневаюсь. Сейчас все принесу.

— Она бы сдохла от зависти, если бы узнала, с чего началось мое утро, как ты проснулся с головой между моих ног, — прошептала Бринкли мне на ухо, наклонившись ближе.

— Блядь, как же я люблю, когда ты кричишь моё имя до восхода солнца, — прошептал я в ответ.

Она улыбнулась, щеки порозовели, глаза прищурились. Она была самой сексуальной женщиной из всех, кого я когда-либо знал. И сама мысль о том, что я могу больше не просыпаться рядом с ней, сводила меня с ума. Я был эгоистичным ублюдком. Хотел, чтобы она выбрала работу в Нью-Йорке и переехала ко мне. Но при этом внутри боролся с этим желанием, потому что её счастье было для меня не менее важно. И если она мечтала работать в журнале, что базировался в Сан-Франциско — я этого тоже хотел.

Ну… я, по крайней мере, стараюсь этого хотеть.

Я поднял стакан лимонада:

— Поздравляю со статьей, милая.

— Спасибо. С ними правдаприятно работать.

— Со Sport-X?

— Ага. У редактора потрясающая энергия. Они даже прислали фотографа, чтобы снять Брина, и потом прислали мне фото на утверждение. Обычно журналистов в процесс так не вовлекают.

— И где они находятся?

Она закатила глаза и усмехнулась:

— Смешно, что ты спрашиваешь. В Большом Яблоке.

— А, Нью-Йорк, значит?

Она рассмеялась:

— Не притворяйся, будто не знал. Но они в основном про хоккей, а мне не хочется писать только про один вид спорта. Если уж и зацикливаться, то на футболе. Но эта история всем нужна, и она делает меня более привлекательным приобретением. Так что надеюсь, все три журнала мне сделают честное предложение.

— Ты и правда привлекательное приобретение. И это никак не связано со мной, — сказал я, положив руку ей на бедро под столом.

— Руки на стол, капитан, — подняла бровь она. — Я не расстроюсь, когда мы наконец сможем открыто говорить о наших отношениях. Хотя, подозреваю, весь Коттонвуд-Коув уже давно обо всем догадывается, учитывая, сколько времени мы проводим вместе.