Книга Лед и сердце вдребезги, страница 43 – Дарья Волкова

Алла замерла. Но пальцы ее все же скользили по неровностям кожи.

— Это… это что-то… что-то не… не очень неприятное, да? Извини.

— Это что-то про молодых долбоебов.

— Что?!

— Нам с Рю было лет около двадцати — плюс-минус. Ну и… Это напоминание о том, что башкой думать иногда надо.

Саша прижал ее к себе плотнее и мирно засопел. А Алла думала. Кто такой — или такая — Рю?! Японское какое-то имя. Это… Может, у Саши девушка — японка?! От него всего можно ожидать. Потому и не афиширует ее, чтобы не плодить лишних разговоров.

— Саш… Рю — это твоя девушка?

Он сначала не ответил, и Алла подумала, что Саша все же уже уснул. Или вопрос не слишком уместный. Точнее, совсем не уместный. А он вдруг фыркнул, а потом разразился хохотом.

— Все, ты мне окончательно отбила сон. Рю — это мой брат. Юрий Кузьменко.

И тут Алла вспомнила. В самом деле, когда она торопливо изучала информацию об Александре Кузьменко в Интернете, там было что-то о его брате. Но тогда Аллу интересовал только сам Саша.

— Вы… вы близки?

— Мы всю жизнь играли за одну команду. Он до сих пор играет.

Его слова снова вернули Аллу к вопросу о том, чего стоило Саше раннее завершение карьеры. Как он это пережил. Это вдруг стало для Аллы важным. Надо будет изучить информацию о его брате.

— Саш, а вы тогда, в юности…

— Нет-нет. Не сейчас. Я тебе потом расскажу.

А есть ли у нас это «потом», Саша? А как же твоя девушка? Но эти вопросы у Аллы остались незаданными. А вот Саша спросил.

— Слушай, раз уж я все равно не сплю, у меня тоже есть к тебе вопрос.

— Какой?

— Ты как-то сказала… в самом начале… что у тебя проблемы с личными границами. Вот вообще не понимаю — это про что? Это такое же, как про то, чего у тебя нет и про бревно?

Какой же… Помнит все! Алла даже легко шлепнула Сашу по плечу. И задумалась. И над ответом. И над тем, как ей комфортно лежать с ним, после секса — двух раз! — лежать вот так, голыми, под одним одеялом. И не испытывать никакого дискомфорта от этого. С Леней так — никогда. Сразу помыться и под отдельное одеяло на свою кровать. Да к черту Леню!

— Ну… Ты же примерно составил общее впечатление… как работают парники. Мы все время в плотномконтакте. От того, насколько мы доверяем друг другу, насколько мы чувствуем друг друга — прежде всего, в физическом плане — зависит успех. И безопасность, — последнее слово получилось тише.

— Ты доверяла своему партнеру?

Какой сложный вопрос. Врать не хочется. Правда слишком… ее слишком долго объяснять.

— Ну, мы же чего-то добились, верно? — ушла Алла от ответа. — Но у меня до сих пор это осталось. Я легко вхожу в личное пространство другого человека — если мне с этим человеком надо наладить контакт. А это… это не всегда уместно. — А потом и вовсе добавила зачем-то: — Если что — извини.

— Вот чего я хотел услышать — это извинений. Конечно. Именно это.

Саша вздохнул, а потом прижал Аллу к себе. И стало ясно, что сон на какое-то время откладывается. А Саша провел рукой по ее спине и без предупреждения скользнул туда, внутрь — и Алла с неожиданным для себя стоном прогнулась, чтобы ему было удобнее двигать там пальцами.

— Слушай… Не факт, что доведу до финала… но… — он потерся о нее уже снова твердым и горячим. — Но уснуть уже не получится. Факт. Иди сюда…

Это их ночь. И надо взять от нее все. И третий раз вподряд уже не кажется чем-то удивительным, а, наоборот, необходимым — закинуть на Сашино бедро ногу, чувствовать его толчки внутри, чувствовать прикосновения пальцев рядом с этими толчками, подставлять для его жадных поцелуев губы.