Онлайн книга «Добро пожаловать в прайд, Тео!»
|
Кьезе подошел на пару шагов. - Вчера все было нормально? - Еще сегодня утром все было нормально! Итальянец наморщил лоб, о чем-то раздумывая. А потом нацелил указательный палец на Фёдора. - Так, стой тут, никуда не уходи! Фёдор не успел сказать и слова – как за итальянцем уже захлопнулась дверь. Дягилев замер посреди грим-уборной в задумчивости. Какой смысл оттягивать неизбежное? Нет, к черту Кьезе, что бы он там ни придумал. Надо идти к режиссеру. Надо спасать спектакль. Но Фёдор снова медлил. И снова дверь отворилась. В нее споро протиснулся не отличающийся особой худобойКьезе. К груди левой рукой он прижимал бокал для бордо - таких размеров, что в него войдет целая бутылка вина. Каковая, кстати, обнаружилась в правой руке тенора, которой тот ловко запер дверь. Фёдор слегка ошалевшим взглядом наблюдал за манипуляциями Кьезе. А тот, осознав, что получил заинтригованную публику, эффектным жестом вытащил зубами пробку из бутылки и мастерским плевком отправил ее в корзину для мусора. Как и ожидалось, все содержимое бутылки аккуратно поместилось в бокал. Его итальянец и протянул Фёдору. - Пей. Фёдор переводил взгляд с бокала на лицо Кьезе и обратно. Он это что, предлагает всерьез?! - Ты хочешь, чтобы я вышел на сцену пьяным? - Да кто говорит про «пьяный»? – фыркнул Кьезе. – Тебе с одного бокальчика вина ничего не будет! Тем более, при твоих габаритах! Фёдор не знал, то ли смеяться, то ли вытолкать итальянца вместе с его реквизитом за дверь. Может, он таким образом хочет отомстить бывшему своей женщины? Напоить и опорочить репутацию. Нет, это уже откровенная чушь. Надо идти к режиссеру… - Пей! – повторил Кьезе и сунул бокал Фёдору под нос. – Выпей весь. Ну или сколько сможешь. И ложись спать. Через два часа будешь как новый. И с голосом. На себе проверено. Фёдор внимательно смотрел на тенора. А тот выдержал взгляд спокойно и кивнул утвердительно. Сам не понимая толком, что делает, Фёдор взял протянутый ему бокал. И выпил до дна. Опьянения он не почувствовал. Но почти сразу ощутил, как его стало клонить в сон. С каждой секундой все неудержимее. - Ты плохо спал в последнее время? Бессонница? – спросил Кьезе, внимательно наблюдавший за его лицом. - Совсем не спал, - честно признался Фёдор. Желание принять горизонтальное положение становилось практически непреодолимым. - Дверь запри. Я предупрежу, чтобы тебя не трогали. Приду через два часа. Но ты на всякий случай будильник тоже поставь. Фёдор дослушивал уже словно сквозь вату. Но будильник на телефоне все же успел поставить. *** Голос вернулся только ко второму действию. Первое Фёдор отмучил кое-как, распевался. А потом – оп! Вернулось знакомое тепло в шею, в горло, в связки. Словно снова стала чувствовать онемевшая рука, на которой проспал всю ночь. Нет, сильнее, гораздо более сильные ощущения. Ну а в целом спектакль был спет на тройку, невыше. Но главное, что Фёдор не сорвал спектакль, работу свою выполнил и публика довольна. Хотя эксперты и критики – если таковые были в зале – наверняка нашли бы, к чему придраться. Да Фёдор и сам к себе был строг. Но он подумает обо всем этом после. А сейчас, сжимая в своей ладони руку Массимо, которая неожиданно оказалась рукой дружеской поддержки, Фёдор вместе со всей труппой раз за разом выходил на поклон. А публика… что публика… она непритязательна. Она рукоплещет. |