Книга В разводе. У него вторая семья, страница 24 – Тая Шелест

Спрыгиваю со стула. Сжимая челюсти, торопливо иду прочь. Даже парфюм этого мужчины вызывает у меня сейчас стойкий рвотный рефлекс.

Мои дочери похожи на меня. Неуловимо, но всё же можно различить родство. Осанка, форма плеч, разлет бровей, голос и даже смех. Очень заметно со стороны. Да никто бы и не стал сомневаться в нашем родстве.

Мальчики – другое дело. Тут очень мутная история. Если отбросить все эмоции и посмотреть на это трезво со стороны… дело требует серьезного расследования.

Да и вообще, как можно полюбить суррогатную мать? За что? За то, что она хороший человек? За ее отношение к детям? Что-то тут нечисто, и мне даже не хочется вникать в это всё, не хочется наступать в эту грязь чужих отношений.

Чужих. Я к ним больше никаким боком не отношусь.

И с чего я вдруг так сильно понадобилась бывшему спустя семь лет? Зачем? Мне не понять.

Если Вера Семеновна сказала правду, и Елисей действительно несчастлив, то какого черта ждал все это время? И теперь, после стольких лет и после всего, что натворил, думает, что я прощу?

За что? За его красивые глаза?

Или за его деньги? Ха…

Возвращаюсь в номер. Это слишком тяжело, чтобы понять. Пытаюсь осознать все, что только что услышала до конца, и не могу. Это так дико и странно, что не укладывается в мыслях.

Начинаю собирать вещи. Послезавтра улетаю и забуду всё это, как страшный сон. Просто забуду, заблокировав всех своих бывших родственников.

Мне нужно время для себя, потому что их нездоровое общество только усугубляет мои проблемы.

Ужин заказываю в номер, а следующим утром, заранее приготовив чемодан, иду в СПА.

Лежа на массаже, слышу, как у меня звонит телефон. Не хочется брать трубку, но вдруг это мама? Или у дочерей что-то стряслось?

Массажистка подает мне телефон.

Это свекровь. И снова внутри начинает ворочаться злость.

– Что вы хотели, Вера Семеновна?

– Узнать, как вы поговорили с Елисеем, – интересуется она очень довольным голосом, как будто уверена, что после того разговора мое отношение к ней поменяется кардинально.

– На повышенных тонах, – отвечаю почти спокойно. – Вы сами-то уверены, что это мои дети?

Она молчит, и я удивляюсь:

– Что, настолько были уверены, что Марина вас не обманет? Ваша самоуверенность поражает меня, Вера Семеновна. Проверять надо всегда… быть может это и не дети Елисея, как знать? На него они тоже совсем не похожи. Неужели Марина обвела вас вокруг пальца?

Жму отбой и кладу телефон на тумбу возле массажного стола. Горько улыбаюсь, закрывая глаза. Будет бывшей свекрови лишняя пища для размышлений.

Вечером выхожу из отеля. Благо, на этот раз не сталкиваюсь ни с кем. Трансфер уже ждет на парковке. Без проблем доезжаю до аэропорта и погружаюсь в самолет.

Этот так называемый «отдых» и правда повлиял на меня. Да только не так, как хотелось. Всё только усложнилось в разы.

Прилетев, из аэропорта еду сразу к родителям. Я купила им новую квартиру сразу после развода – их старая, доставшаяся от бабушки, выглядела просто ужасно: трубы прогнили, полы проваливались. Никакой ремонт бы не помог.

Теперь они живут в небольшой однушке на другом конце города в новом районе. Не жалуются. Разве что на здоровье. Да и отец – это вечная проблема, как и у многих в наше время. И никак эту проблему не решить.

Насколько себя помню, он пил всегда. Правда, не бурагозил. Тихий алкоголик, в трезвый период – просто чудо-человек: рукастый, веселый, позитивный… но эти периоды возникают у него крайне редко, и в последнее время всё реже.