Книга Измена в 45. Моя горькая сладость, страница 25 – Милана Усманова

— А потом? — спросила я с тревогой.

— А потом, когда суд решит вопрос о праве собственности в вашу пользу, мы сразу запустим полное оформление. Уже подготовим все документы, останется только поменять имя владельца.

— И это… законно? — с сомнением спросила я.

— Абсолютно, — уверенно откликнулся он. — В конце концов, вы не открываете полноценный ресторан, а ведёте тестирование небольшого семейного кафе, на которое имеете юридические права как наследница и супруга нынешнего формального владельца.

И тут мне на глаза попалась корзинка с пирожками Анны Петровны. Я тут же рассказала ему о предложении местной пенсионерки.

— В стандартной ситуации — продавать их продукцию вам никто не позволит. СЭС требует, чтобы вся еда готовилась в сертифицированном помещении, с соблюдением санитарных норм.

Моё сердце упало. Пирожки Анны Петровны были действительно чудо как хороши!

— Но есть два варианта, — продолжил он, даже на расстоянии почувствовав моё разочарование. — Первый: оформить с вашими соседками договоры как с самозанятыми поставщиками готовой продукции. Им придётся получить медкнижки и соблюдать базовые требованияк домашнему производству.

— А второй?

— Интереснее, — в голосе Павла Сергеевича послышалась улыбка. — Оформить это как культурную инициативу. «Бабушкины рецепты» или «Районное кулинарное наследие». Тогда это будет не коммерческой деятельностью, а сохранением культурных традиций, где ваши соседки выступают как носители нематериального культурного наследия, а именно старинных рецептов.

— И так можно? — удивилась я.

— Для небольшого семейного кафе в тестовом режиме — вполне. Особенно если вы оформите небольшой информационный стенд о каждой из этих женщин, их историях и рецептах. Это уже не просто выпечка, а элемент местной культуры.

Я сразу представила, как это могло бы выглядеть: фотографии Анны Петровны и других женщин, истории их семей, рецепты, передававшиеся из поколения в поколение.

— Кафе с душой и историей, — подытожил Павел Сергеевич. — Инспекторы любят такой подход. Конечно, базовые требования к гигиене всё равно должны соблюдаться, медкнижки понадобятся. Но в рамках временного разрешения это вполне реально организовать. Я заеду к вам, оформим доверенность на моё имя, чтобы вы не тратили на всю эту бюрократию своё время. И приготовьте деньги, они нам понадобятся… Сами понимаете…

Я всё понимала. Горячечно поблагодарив совершенно незнакомого человека, удалившему мне так много времени для консультации по телефону, я полжила трубку. Но сидеть долго не стала, всё было не так плохо, даже совсем неплохо, а, значит, прорвёмся. Решительно взявшись за швабру, принялась за уборку.

К обеду, как и обещал, появился Ярослав. Он был в рабочей одежде: джинсах и простой клетчатой рубашке, что делало его моложе и как-то “домашнее”. В руках он нёс ящик с инструментами.

— Добрый день, — он улыбнулся, оглядываясь. — Вижу, вы не теряли времени. У вас тут очень уютно.

— Стараюсь, — я кивнула. — Кофе?

— С удовольствием. А это что? — он заметил пирожки.

— Соседка принесла. Оказывается, она сотрудничала ещё с моим отцом.

Ярослав взял пирожок, попробовал:

— М-м-м… Превосходно! Если у вас будут такие пирожки, вы быстро станете популярны!

Я рассказала ему о своей идее с местными поставщиками, и он воодушевлённо меня поддержал: