Книга Измена в 45. Моя горькая сладость, страница 23 – Милана Усманова

Странно, но вместо отчаяния я вдруг почувствовала что-то похожее на облегчение. Теперь не нужно было колебаться, сомневаться, надеяться на чудесное примирение. Теперь был только один путь — вперёд.

К новой жизни. К своему кафе. К себе настоящей.

И почему-то, думая о завтрашнем дне, я поймала себя на том, что жду встречи с человеком с удивительными серо-голубыми глазами, давшего обещание помочь с окнами.

Ярослав. Необычное имя. Славящий весну.

Может быть, это был знак? Знак того, что после долгой зимы моей жизни наконец наступит весна.

Я улыбнулась собственным мыслям. Глупости, конечно. Романтические фантазии сорокапятилетней женщины, брошенной мужем. Но всё же, всё же... Когда его рука на мгновение коснулась моей, передавая плату за кофе, я почувствовала лёгкий трепет,давно забытое волнение.

Когда его пальцы коснулись моих, я поняла, что страшно не начинать новое, страшно цепляться за то, что уже умерло.

Утро следующего дня началось с неожиданного визита. Я только успела открыть окна, впуская свежий весенний воздух, как дверь кафе распахнулась, и на пороге появилась пожилая женщина с плетёной корзиной в руках.

— Здравствуйте! — громко сказала она, оглядывая помещение. — Так значит, правду говорят, кафе Алексея снова открывается?

Я растерянно улыбнулась:

— Здравствуйте. Планирую, а пока пытаюсь восстановить хоть что-то.

Женщина решительно прошла внутрь, поставила корзину на ближайший столик и сняла с неё клетчатое полотенце. В корзине лежали свежие пирожки: аппетитные, румяные, источающие такой умопомрачительный аромат, что у меня мгновенно потекли слюнки!

— Я Анна Петровна, — представилась незнакомка. — Живу в доме напротив. Алексея хорошо знала, царствие ему небесное. А ты, значит, дочка его? Верочка?

Я кивнула, удивлённая тем, что она меня помнит.

— Конечно, помню, — словно прочитав мои мысли, сказала Анна Петровна. — Ты тут в подростком бегала, потом уехала учиться. А потом, говорили, замуж вышла удачно, за бизнесмена.

Она пристально посмотрела на меня, явно ожидая подтверждения или опровержения слухов.

— Было дело, — уклончиво ответила я, не желая вдаваться в подробности. — А вы давно здесь живёте?

— Всю жизнь! — гордо сказала она. — С самого рождения, почитай, уже семьдесят лет. Всё тут знаю, всех помню. Вот, пирожки принесла. Подумала, может, в меню возьмёшь? Я их по старому рецепту делаю, бабушкиному. С капустой, с яйцом, с яблоками.

Я взяла пирожок, надкусила. Вкус был изумительным! Хрустящее тесто, сочная начинка с тонкими нотками специй.

— Очень вкусно, — искренне сказала я. — Но я не уверена, что смогу…

— А чего тут думать? — перебила Анна Петровна. — Я каждое утро пеку, могу приносить. Ты продавай, мне процент. Как в старые времена, у отца твоего так и было. Я ему пироги, ватрушки, а он мне денежку. Все довольны.

Я вспомнила, что отец действительно сотрудничал с местными жителями. Кто-то приносил выпечку, кто-то варенье, домашние соленья. Это была особенность его кафе — домашняя, натуральная еда.

— Хорошо, — решилась я. — Давайте попробуем.

Глаза Анны Петровны победно блеснули:

— Вот и славненько! Я пока немного принесла, на пробу. Завтра больше сделаю. И знаешь что? Я соседкам скажу, нашим пенсионеркам. У Марии Степановны варенье отменное,у Зинаиды соленья. Как раньше всё будет!