Книга Измена в 45. Моя горькая сладость, страница 26 – Милана Усманова

— Отличный план. Аутентично, вкусно, и деньги остаются в сообществе. Знаете, — он сделал глоток кофе, — я в своём магазине тоже стараюсь работать с местными производителями.Покупаю цветы у фермеров из пригорода, а не в крупных оптовых центрах.

— И как идёт бизнес? — поинтересовалась я.

— Неплохо, — он пожал плечами. — Не золотые горы, конечно, но на жизнь хватает. Главное, я занимаюсь тем, что люблю.

Это прозвучало так просто и так искренне, что я почувствовала укол зависти. Он нашёл своё место, своё дело. А я всё ещё пыталась понять, кто я без статуса «жены бизнесмена».

— Ну что, посмотрим окна? — предложил он, допив кофе.

Следующие несколько часов мы работали вместе. Ярослав осматривал каждое окно, проверял рамы, стёкла, петли. Некоторые приходилось разбирать полностью — рассохшееся дерево требовало тщательной обработки.

Я подавала инструменты, держала детали, вытирала пыль. Работали на удивление слаженно, словно делали это уже много раз.

— Вы где-то учились плотницкому делу? — спросила я, наблюдая, как ловко он обрабатывает деревянную раму.

— Нет, — он улыбнулся. — Просто когда живёшь один в старом доме, поневоле становишься мастером на все руки. Или разоряешься на ремонтниках.

— Вы давно один? — вопрос вырвался непроизвольно, и я тут же пожалела о своей бестактности. — Простите, это не моё дело.

— Ничего, — он не выглядел обиженным. — Я дважды был женат. Первый раз — по молодости, не сложилось. Второй — уже в сознательном возрасте, думал, навсегда. Но… снова не получилось.

— Почему? — я не могла остановиться, хотя понимала, что лезу в личное.

Ярослав на минуту прервал работу, задумался:

— Трудно сказать однозначно. Наверное, мы просто были слишком разными. Она — деловая, энергичная, вечно в погоне за успехом. Я — больше созерцатель, мне не нужно многого. В какой-то момент она сказала, что я «тяну её вниз». Может, так и было.

В его голосе не звучало обиды или горечи, только спокойное принятие.

— И давно вы развелись?

— Пять лет назад. Потому и переехал сюда из Питера, хотел начать с чистого листа. Купил домик на окраине, открыл магазин. Живу тихо, созерцаю и просто наслаждаюсь каждым прожитым днём.

Он улыбнулся, и я невольно улыбнулась в ответ. Было что-то подкупающее в его спокойной, уверенной манере, в отсутствии претензий к миру.

— А вы? — неожиданно спросил он. — Если не секрет, почему вдруг решили вернуться к семейному делу? И где ваш муж? Он помогает с ремонтом?

Я почувствовала, как к щекам приливает краска. Говорить о своём крахе было всёещё больно.

— Мы расстались, — наконец выдавила я. — Недавно. Он ушёл к другой женщине.

Ярослав перестал работать, посмотрел на меня внимательно:

— Простите, я не знал.

— Ничего, — я попыталась держать лицо. — Жизнь продолжается, правда?

— Правда, — он кивнул. — И знаете что? Иногда то, что кажется концом, оказывается началом чего-то лучшего.

Мы замолчали. Я смотрела, как он трудится: уверенно, методично, чувствуя материал.

— Могу я задать личный вопрос? — внезапно спросил Ярослав.

Я напряглась, но кивнула:

— Конечно.

— У вас есть дети?

— Сын, — ответила я. — Максим. Взрослый уже, самостоятельный. Он... — я запнулась, не зная, как объяснить сложность наших отношений. — Он на стороне отца в этой ситуации.

Ярослав нахмурился:

— Это тяжело. Очень тяжело.