Книга Предатель. Сердце за любовь, страница 54 – Лия Латте

— Я… я не знаю, малыш, — я поцеловала Максима в лоб, пряча свои глаза. — Может быть, позвонит. Ты главное поправляйся, набирайся сил. Это сейчас самое важное.

Максим вздохнул, но, кажется, удовлетворился моим ответом. А я еще долго сидела рядом, чувствуя себя последней обманщицей, и сердце мое разрывалось от боли и бессилия. Эта ложь сыну была, пожалуй, самой тяжелой частью всей той лжи, в которой я жила.

Марк молча подошел к кровати, его лицо было по-прежнему серьезным. Он принес Максиму новую книжку с картинками.

— Привет, чемпион, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал бодро. — Как ты сегодня?

Пока Максим с восторгом рассматривал подарок, Марк отозвал меня в сторону.

— Наталья, — начал он тихо, но в его голосе слышались стальные нотки, — я понимаю, как вам тяжело. Но вы не должны так терзаться. Игорь Лебедев не заслуживает ни ваших слез, ни ожиданий Максима.

Я молча кивнула, не зная, что ответить. Его слова были жестоки, но справедливы.

В этот момент у Марка зазвонил телефон. Он быстро взглянул на экран, и его лицо мгновенно стало еще более напряженным.

— Да, Александр Игоревич, — коротко бросил он в трубку. — Что? Когда? Понял. Будем.

Он отключился и резко повернулся ко мне.

— Судебное заседание назначено на послезавтра. Первое слушание. Похоже, наши противники решили не терять времени даром.

Послезавтра. Так скоро. Холодная волна страха снова подкатила к горлу.

— Как послезавтра? Но… мы же не успеем… Максим… он все еще…

— Мы будем готовы,Наталья, — перебил он меня жестко, не давая панике завладеть мной. — У нас нет другого выбора. И Максим… он поправляется. Он сильный мальчик. Он справится. И мы справимся.

Он говорил уверенно, властно, но я видела, как в глубине его глаз мелькнула тень… беспокойства?

— Послезавтра? — неожиданно раздался тоненький голосок Максима. Он внимательно слушал наш разговор. — А что будет послезавтра? Меня выпишут?

Марк на мгновение замер, потом мягко улыбнулся сыну.

— Нет, чемпион, послезавтра тебя еще не выпишут. Тебе нужно еще немного подрасти и окрепнуть. А послезавтра… послезавтра у нас с твоей мамой будет очень важный день. Мы должны к нему очень хорошо подготовиться.

Он посмотрел на меня, и в его взгляде не было и тени сомнения.

— Наталья, нам пора. Собирайтесь, мы уезжаем. Нам нужно ещё раз все обсудить и отрепетировать. Без свидетелей. И без возможности для вас снова поддаться панике. Это не просьба.

«Максим», – единственное, что билось в висках, когда Марк уже решительно двинулся к двери. Я не могла уехать, не украв еще несколько мгновений с сыном.

— Марк, подождите, — остановила я его. Голос, на удивление, не дрогнул. — Можно мне… еще пару минут с Максимом? Только мы вдвоем.

Он обернулся и коротко кивнул.

— Хорошо. Пять минут, — уголки его губ чуть заметно дрогнули. — Я подожду за дверью. Но не дольше, Наталья. Нам действительно нужно спешить. В его голосе не было обычной жесткости, скорее, какая-то глухая усталость и… понимание.

Марк вышел. Палата погрузилась в тишину. Сын снова задремал, обняв свою любимую гоночную машинку. На его личике – слабая улыбка. Я осторожно присела на край кровати, провела рукой по его мягким волосикам. Слезы непрошено навернулись на глаза. Послезавтра… послезавтра все решится.