Книга Предатель. Сердце за любовь, страница 82 – Лия Латте

Я поспешно допила свой кофе и поднялась.

— Я пойду собираться, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Через сколько мы должны быть в ЗАГСе?

— Наталья, подождите, — голос Марка остановил меня, когда я уже направлялась к двери гостевой комнаты.

Я обернулась. Он стоял, держа в руках массивную кожаную папку. Его лицо было бледным, но решительным. Я вернулась за стол и села.

— Прежде чем мы поедем, я хочу, чтобы вы это посмотрели.

Он подошел и положил папку на стол передо мной.

— Что это? — спросила я с подозрением.

— Откройте, — просто сказал он.

Мои пальцы дрожали, когда я открыла папку. Внутри лежали документы. Официальные, с печатями и подписями. Договор купли-продажи на загородный дом. Дом был оформлен на меня.

Следующий документ – учредительные бумаги трастового фонда. Открытого на имя Максима Лебедева. На счету фонда лежала сумма с таким количеством нулей, что у меня потемнело в глазах. Этого хватило бы не только на любое лечение, но и на образование, на всю жизнь.

Я подняла на Марка ошеломленный, ничего не понимающий взгляд.

— Я не понимаю… Что это, Марк?

— Это – ваша свобода,Наталья, — сказал он тихо, но твердо. — Я вчера все оформил. Дом ваш. Деньги Максима – его. Ни я, ни кто-либо другой не сможет к ним прикоснуться. Вы и ваш сын полностью обеспечены. И вам больше не нужна моя защита.

Я смотрела на него, и мой мозг отказывался верить в происходящее.

— Но… зачем? А как же… свадьба? Фонд?

— Свадьбы не будет, — он произнес эти слова, и в них не было ни капли сомнения. — Я все отменил. Позвонил Кравцову ещё вчера.

— Но… фонд? Завещание? — прошептала я.

— Это больше не ваши проблемы, — он усмехнулся, но усмешка вышла горькой. — Это мои проблемы. Я что-нибудь придумаю. Уговорю совет директоров, найду лазейку в завещании, договорюсь со Стасом… Неважно. Я справлюсь. Или не справлюсь. Но это будет моя борьба. Без вас.

Он подошел ко мне совсем близко, но не смел дотронуться.

— Я был неправ, Наталья. Я был чудовищно неправ. Я не имел права так с вами поступать. Мой план был жестоким и эгоистичным. Я думал, что спасаю вас, а на самом деле – ломал. Я не могу построить свое счастье на вашем унижении. И я не могу заставить вас выйти за меня замуж, даже если от этого зависит все, что мне дорого.

Он смотрел на меня, и в его глазах больше не было ни стали, ни холода. Только бесконечная боль и раскаяние.

— Вы свободны, Наталья, — повторил он. — Вы можете взять Максима и уехать. Куда угодно. Построить свою жизнь. Без меня, без моей лжи, без моих проблем. Это единственное, что я могу сделать, чтобы хоть как-то искупить свою вину.

Я сидела, глядя на эти документы, на этого мужчину, который только что добровольно отказался от дела всей своей жизни, от наследия своего деда, от всего, ради чего он затеял эту игру. Отказался ради меня. Ради того, чтобы дать мне выбор, которого он меня лишил.

И в этот момент все мои обиды, вся моя боль, вся моя ярость – все это рассыпалось в прах. Передо мной стоял не гениальный манипулятор. Передо мной стоял мужчина, который любил меня. Любил так сильно, что был готов пожертвовать всем, лишь бы я была свободна и счастлива.

Слезы снова навернулись мне на глаза. Но это были уже не слезы горя или обиды. Я медленно встала. Взяла его лицо в свои ладони и заставила посмотреть на меня.