Книга Клушка, страница 21 – Ирина Шайлина

— Папа пусть с бабушкой живёт, — мрачно изрек Ваня.

Ребёнку я пожарила два последних оставшихся яйца и налила чаю с конфетой. Пока он ел наведалась до своей квартиры. Стучала, звонила — бесполезно. Открыть своим ключом тоже не получилось. Мне захотелось плакать, но ради ребёнка я сдержалась — ему итак страшно.

— Ты посидишь тут один, пока я съезжу к бабушке? — спросила я. — Разрешаю смотреть мультики и играть с собакой. Только не сори, пожалуйста, мы в гостях.

— Ты недолго?

— Постараюсь быстрее.

Ванька кивнул. Я вновь осмотрела запасы на кухне — по ним легко определялось, что живёт в квартире холостяк.

— Ваня, — позвала я. — Когда проголодаешься можешь скушать сырок, пару конфет и пачку чипсов.

— Просто праздник какой-то! — заорал Ванька ипонёсся в комнату. — Чипсы на обед!

Лысая собака прокралась за ним молчаливой тенью — пес явно не понимал, что ребенок делает в квартире и отбывал свой собачий долг отслеживая каждый шаг возможного врага.

Я помахала Ваньке рукой и поехала к свекрови. Была надежда, что она откроет и мы поговорим. Ну, не бросит же она своего внука в такой ситуации, может, вразумит сына. Даже если он решил меня бросить — так никто не расстается. Однако, свекрови либо не было дома, либо она просто решила не открывать мне, хотя под ее дверью я стояла минут двадцать, не меньше.

Меня снова потянуло плакать. Еще и на улице жарко, а я в кофте с длинными рукавами, потому что у меня рука багроваяв месте удара ремнем. Я потянулась на остановку, чтобы ехать к свекрови на дачу — где ещё ей быть. В автобусе не было кондиционера, из окна дуло еле еле, у меня в глазах прыгали крапинки и воздуха отчаянно не хватало. На каждой остановке хотелось выбежать на улицу, прочь из этой духоты, но я держалась. Вышла, только доехав до дачного кооператива.

Тут — идиллия. На деревьях уже крошечные яблочки висят. Люди возятся в огородах, счастливые. Кто-то шашлыки жарит, я вдохнула ароматы и желудок вновь свело — утренние яйца уже без остатка усвоились организмом. Дойдя до нужной дачи, я полюбовалась висящим на заборе замком. Здесь никого не было.

В отчаянии я поплелась опять на остановку. Села. И вот тут то я поплакала, благо кроме меня нет никого. Ужасно не хотелось звонить маме, но иного выхода я не видела. Трубку она взяла сразу.

— Привет, мам, — поздоровалась я.

— Уф, — ответила она. — Огурцы пошли, да просто скопом, умаялась собирать. Ты как?

— С мужем разводимся, похоже.

Мама помолчала минуту.

— Глупости! — фыркнула мама. — Нечего тут ерунду нести.

— Мама, он выставил меня из дома.

— Мирись немедленно, я сказала! Нам тут не до этого, у нас невестка беременная! Не глупи!

Легко сказать — мирись. Как можно помириться с тем, кто выставил тебя из квартиры и исчез? А невестка вообще, в третий раз уже беременная, с чего такой ажиотаж …тем временем трубку выхватил отец.

— К нам только приезжать не вздумай, — сурово сказал он. — Места нет, да и позора не оберешься.

— А на несколько дней? — с надеждой спросила я.

— Знаю я ваши несколько дней! Все временное становитсяпостоянным. В гости приезжай, но только на следующий год, в этом не надо, у нас невестка беременная.

Я стиснула зубы, чтобы не заорать, хотя хотелось распахнуть рот и выдать бесконечное А-А-А-А… да такое, чтобы все птицы над деревьями взвились.