Книга Сдавайся, страница 113 – Наталья Юнина

— Прям грохнешь?

— Сначала отрежу яйца и запихну их тебе в глотку, потом грохну, — с улыбкой на лице произносит Архангельский, отпивая вино.

— Что-то мне подсказывает, что вы, Вячеслав Викторович, пиздите. Максимум на что ты пойдешь, это подставишь меня. Например, с запрещенкой. Но я поумнее некоторых. Кстати, я удивлен. Я был уверен, что Горского после того, как хорошенько отметелишь, по итогу грохнешь. Не сам, так охрана. А тут всего лишь сломанные ребра, многочисленные гематомы, сломанные пальцы и подброшенная запрещенка. Как-то слабовато для такой мрази.

— Откуда ты…, — ну, наконец-то вижу растерянность. Один-один. — Сука.

— Сучоныш. Род-то мужской. Никакой магии и сверхъестественных способностей. Исключительно мой ум и наблюдательность. Ну, и дело случая. Надо было узнать, что за девица проникла ко мне в дом. Ну, тут уж сам Бог велел узнать все о ней. И узнал все. В том числе о готовящемся на нее похищении Горским. И нет, я знал, что моего отца заказал не ты, а он. Профукали вы дочь, Вячеслав Викторович. А попади она, как и планировалась к Горскому, а не ко мне, что-то мне подсказывает, что сломанными пальцами София бы не обошлась. Ну, теоретически, если бы вернулась живой. Так что не такой уж я и обиженный говнюк. Был бы таким, оставил бы все как есть. Все равно бы ты вышел на Горского. Вопрос во времени. Так что, не дорогой будущий тесть, один-один. Во всем есть положительные стороны. По праздникам можно друг друга даже не поздравлять, присылая эти убогие открытки и скопированную херню из интернета. Все всем предельно ясно.

— Ресторан у тебя говно. Редкостная безвкусица. Как и вино, — резко меняет тему Архангельский.

— Отлично. Тогда отпразднуем свадьбу тут и сэкономим на гостях и алкоголе.

— Ты доиграешься.

— Я уже доигрался. Давай сыграем по-честному. Не обрабатывай ее. Мы сами во всем разберемся.

Я был уверен, что он точно вставит свое последнее слово. И что-нибудь непременно про отрезанные яйца. Но нет. Молча встает из-за стола и направляется к выходу.

Я же вместо того, чтобы ответить на вибрирующий телефон заполняю до краев бокал и выпиваю залпом вино. Не хочу признавать, что собственный отец был слабаком. Хотя, объективности ради, и братец такой же. И шлюха мать. Отличная семья. Хотя, семья — это только сестра. Единственное исключение, кто должен был быть рядом со мной. Препаршивое ощущение.

Перевожу взгляд на вновь вибрирующий телефон.

— Да, дорогая.

— Иди на хрен, не дорогой!

Впервые я не слушаю, что она говорит. Точнее не хочу, ибо ничего хорошего там нет.

— Тебе понравились цветы?

— Ты издеваешься?!

— Нет.

— Ты нарочно это сделал! Думаешь, что самый умный во всем. Всех знаешь и все просчитываешь. Самоутверждаешься за счет других. Знал, что он найдет эту записку. И намеренно написал ее так! Хотел бы встретиться с ним по-человечески, сделал бы это по-другому. И в другое время. Но нет, корона же жмет. Сукин сын!

— Шлюший.

— Что?

— Шлюший сын. Иди остынь и выпей чай с мятой. Я позже позвоню.

— Да пошел ты. Чтобы никогда мне больше не писал и не звонил!

Ненависть к себе зашкаливает с каждым днем все больше и больше. Вот так люди и сходят с ума. И нет, все это чушь собачья, что человек страдают ерундой от безделья. Я занята постоянно. И если сначала я делала это намеренно, чтобы отвлечь себя, дабы не испытывать соблазн залезть в телефон, то по прошествию месяца я действительно втянулась в дизайн.