Книга На грани развода, страница 120 – Марика Крамор

— Спасибо. Жду. Потом поговорим, ладно?

Маша, не проронив больше ни слова, отключается. Я медленно отхожу с узкой тропинки в сторону, стараясь не загораживать собой проход. Быстро скидываю подруге номер адвоката.

Высосана. Выпита…

Но перезвонить и поддержать её я, хоть и с трудом, но нашла бы моральные силы.

Делать этого теперь не стану, Маша чётко обозначила, что сейчас не время.

Мысли сбиваются в кучку.

Я всегда считала себя рассудительной, вдумчивой, спокойной. А сегодня вспылила. Сдержать внутри все, что накипело и стало гнить в душе, оказалось выше моих возможностей.

Частично добило неприятное осуждение в голосе Вилана. Я ведь не сделала ничего предосудительного! Частично меня снесло новостью, что он не носит голубые линзы. Такая малость. Мелочь, пустяк. Но как же мастерски он подчеркнул пропасть между нами. Такие обыденные вещи… но мы не знаем их друг о друге. Если так уж вдуматься, нам на самом деле вообще не слишком-то много друг о друге известно. И это неправильно.

Сейчас мне нужна перезагрузка. Только лайтовая! Без встрясок, молю! Хватит с меня уже…

Домой возвращаюсь неторопливо, наслаждаюсь одиночеством и тишиной, проветриваю голову.

Периодически несколько сумбурно проверяю телефон. И к пустому экрану отношусь двояко. Вроде и жду, что Вилан позвонит. Но не знаю, что ему сказать. Поэтому просто в тайне надеюсь, что пока он мой номер набирать не станет. Я бы хотела слегка восстановить душевное равновесие.

Домой захожу с таким лицом, что мама даже и не пытается проронить банальное «как дела». Видимо, подмечает, что ещё чуть-чуть, и последует взрыв.

Телефон вибрирует. Полосую взглядом экран, замирая. Женя…

Блокирую.

Хочется вымыть руки.

Тратить на что-то силы, которые буквально надо соскребать со стенок опустошённого сосуда, я сейчас точно не в состоянии.

Молча прохожу в ванную. Медленно стягивая с себя одежду, устало бросаю ее на пол. Вентиль проворачиваю, включаю потеплее. Стою. Просто стою, стараясь сдержать слёзы… хочется быть сильной именно для себя. Но не получается.

Вода струится, лаская кожу, постепенно гася внутреннее напряжение.

Мне просто нужно немного времени прийти в себя. И все. Я справлюсь.

От всего, что связано с мужем, на душе противно. Холодно и грязно.

«Давай ещё раз вдвоём встретимся? Нормально поговорим. Пожалуйста…»

Что это он так встрепенулся? Расстроился, что с работы выперли? Огорчился, что с ребёнком будет видеться по минимуму? И я этого добьюсь!

Раньше надо было нормально разговаривать, Жень, раньше.

* * *

Вил пробовал позвонить мне. Один раз. Я не смогла ответить. Ужасно, но я не смогла. Мне НУЖНО побыть одной.

Глупая отписка в ответ противно пятнает мою совесть до сих пор.

Вилан: «Не хочешь говорить со мной?»

Я: «Не сейчас, ладно? Не хочу ссориться, а я на взводе».

Вилан: «Дня три тебе хватит отойти?»

Я: «Конечно»,— отправляю с благодарностью. Я думала, что он вспылит сейчас, и морально готовилась сдержать новый удар, но его не последовало.

Вилан: «Ты позвонишь сама?»

Я: «Да».

Вилан: «Если что, я рядом».

И в последние два дня он больше не пытался связаться.

Сложно находиться вдали, не знать, что с ним, как он, что врачи говорят, нет ли ухудшений… Но прямо набрать и спросить не позволяет уговор. Я сама просила время. Вилан отнёсся к этому спокойно, я не хочу нарушать нашу договоренность. Эта короткая отстранённость нужна обоим. Чтобы побыть наедине с собой. Переварить. Подумать. Осознать. Решить. Решиться… и о самочувствии Вилана я в эти пару дней интересуюсь у Лиды.