Книга После измены, страница 87 – Марика Крамор

— Как ты его так вышколил?

— Мой друг держит питомник доберманов. Он мне много помогал.

— Питомник, — обхватываю себя руками. — Боже. Я б там поседела от страха. Такие дьяволы вокруг.

— Сейчас большинство его собак не такие внушительные и грозные. И вообще мало напоминают эту породу.

— Как это? — округляю глаза. Сенатор выглядит потрясающе, надо признать.

— Теперь доберманы с купированными хвостами и ушами не допускаются к международным выставкам. Микаэль много лет разводит эту породу и теперь чуть не плачет каждый день, когда видит необрезанные уши. Попрошу его прислать фото. Взглянешь.

— А ты тогда зачем купировал?

— Я и не собирался его выставлять.

Йохан присаживается на корточки, а Сенатор получает свою порцию ласки и мягкое игровое кольцо в пасть. Счастливый пёс рысит вперёд, радостно на нас оглядываясь. Уши торчком, поступь мягкая.

— Ну что?! Теперь можно в гости? — ликует Алисия.

— Да, поехали.

— Ты собаку к родителям берёшь?

Я думала, мы заведём его домой!

— Он спокойно полежит, пока мы будем ужинать. Отец сказал, корм для него остался.

Родители Йохана звонили вчера. Спросили, сможем ли мы приехать. А раньше о подобных встречах они уточняли за неделю. Быстро поменялись их взгляды…

— А мама и папа уже там? — малышка увлечённо глядит в окно. Она напросилась побыть с нами. Йохану комфортно, да и я не против.

— Они уже на месте. Мы самые последние, — Йохан бросает вскользь и паркуется вдоль забора.

На подходе к дому сжимает мою ладонь.

— Готова?

— Тыне забыл, что мы решили немного повременить с новостью?

— Конечно, я помню. Я буду нем как рыба. Только форс-мажор вынудит меня раскрыть рот.

Знала бы я тогда, что форс-мажор не заставит себя долго ждать…

Без переводчика нереально сложно.

Йохан мне поясняет только самое главное.

Встретили меня очень радушно, с улыбками. Нох, как всегда, ведет себя несколько холодно, говорит спокойно, но я теперь понимаю, что он просто такой человек: всегда блестяще держится на высоте. Неважно, кто перед ним.

Отца Алисии я встречаю впервые. Высокий, очень худой мужчина с улыбчивым лицом. Широкий лоб, светлые волосы.

Не могу сказать, что я чувствую себя как дома: очень уж хочу производить на семью Йохана положительное впечатление и дальше и от этого жутко нервничаю. Разговоры пока что обходят стороной болезнь Йохана и наши дальнейшие планы. Но я уверена, что эта тема сегодня ещё будет ой как упомянута.

На самом деле мы с Йоханом оба немножко на взводе. Я вижу, что он переживает. Просто вида не подаёт и приободряет меня. И есть причины. Оказывается, нам с ним жить под одной крышей и ждать рождения малыша вместе — задача, которая на данный момент кажется непосильной.

Не потому что мы не хотим. А потому что есть правила пребывания в стране. И представителям миграционных служб плевать на мою беременность и сложную личную ситуацию гражданина своего государства.

Нох что-то уточняет у жены, и Ингрид — мама Йохана — тут же подскакивает на месте, округляя глаза. Забавно хлопает себя по лбу и несётся к холодильнику.

— Чего это она? — не в силах сдержать улыбку, тихонько уточняю у Йохана.

Про беременность мы пока что решили промолчать. И дело даже не в том, что ещё неизвестно, как отреагируют близкие Йохана на такую обескураживающую новость. А в том, что нам необходимо самим сориентироваться. Потому что в данным момент мы оба в растерянности. Никто не ожидал, что обстоятельства и время будут играть против нас.