Книга Клятва, страница 61 – Дарья Белова

Алекс вскакивает на ноги и начинает расхаживать по моей спальне. Поглядывает на меня, всю зареванную.

Кофе тем временем стынет…

Обхватываю себя руками. Мне все равно, что Эдер видит такую версию Марты — хрупкую, когда я просто мечтала показать гонщику, какой сильной и уверенной в себе я стала.

Больше настораживает поведение Алекса. Он ведет себя не как друг, а как кто-то больший. Из-за ран друга волосы на голове от злости не вырывают. А это именно то, что происходит с Эдером.

— Рассказывай все с самого начала. Как села в самолет.

— Зачем? — раны начинаютныть.

Моим ногам в этом месяце достается. То босиком пробегусь по грязным дорогам, то по стеклу на съемках. Жизнь моделей опасна и совсем не скучна.

Рассказываю все Алексу с неохотой. Понимаю, что мне стыдно. Я не выросла из той шантажистки, что вечно попадает в передряги. И стираю горькие слезы с щек.

— Я не плакса, — оправдываюсь, — просто обидно и капельку страшно.

Эдер останавливается и приседает напротив. Он заключает мое лицо в плен своих ладоней и смотрит так, будто готов уничтожить всех. Но об этом молчит.

Алекс касается моих скул, подбородка. Большим пальцем задевает губы. Цепенею.

Вновь ощущение приближающегося поцелуя, и внутренности обливаются горючим от испуга. И они загораются, стоило Алексу прикрыть глаза и слегка отвернуть от меня голову.

Не решился. Вспомнил, кто я?

Не пойму, что чувствую. Разочарование?.. И облегчение. Между нами ничего нет.

А если бы поцеловал, что бы я сделала? Да и ответила бы на его поцелуй?

Вторник. Раннее-раннее утро, и я жду Эдера у пешеходного перехода, чтобы совершить привычную пробежку.

Хожу медленно, бежать тоже не получится в своем темпе, но сидеть и страдать или, что хуже, жалеть себя — не в моих принципах.

Я посетила врача, мне выписали ранозаживляющую мазь. За прием и лекарство отдала сумму, заработанную мной за день работы.

М-да уж… Знай, кто подсыпал в туфли стекло, не стесняясь, выслала бы чек.

Алекса цепляю взглядом в широкой толпе, движущейся к переходу. Не сказать, что гонщик выше всех, скорее, выделяется на фоне других: забранные отращенные волосы, ярко-салатовая, почти неоновая футболка и очки-авиаторы. Последние не совсем для спорта, но они ему идут.

Делаю вдох, чувствуя копошащееся за ребрами покалывающее тепло. Предвестник волнения.

— Привет.

— С добрым утром, — улыбаюсь и отвожу взгляд.

Чуть краснею. Алекс смотрит настырно. Въедается взглядом в мое лицо и глаза, как пытается что-то вычитать.

— У тебя хорошее настроение, — не спрашивает.

Веду одним плечом, так и не повернувшись к гонщику. Сердце стучит чуть быстрее привычного. Надеюсь, меня не ждет инфаркта посередине пробежки.

— Еще утром обещали шторм. Как видишь, наврали, — киваю на чистейший океан и небо без единого облачка.

— Погода в Майами может ввести в заблуждение, Марта.

— То есть, будет шторм?

— Определенно. Побежали?

Есть стойкое, непроходящее ощущение, что мы говорили не вполне про погоду и ее катаклизмы. Развивать тему не стала. Каждое общение, да и каждый день рядом с Алексом привносит что-то странное, новое и клокочущее в мою жизнь.

Выбешивает, но я бегу по левую руку от гонщика, поглядывая на новые спортивные часы на запястье Эдера. Ну и на сильные, загорелые бедра. Когда-то они упирались в мои…