Книга Игра в недоступность, страница 67 – Моника Мерфи

– Уйдешь отсюда только с этими двумя. – Я указываю на Натали и Джоанну.

Блэр закатывает глаза.

– Как скажешь, папа.

Натали хихикает. Джоанна не поднимает головы.

– До встречи, Блэр, – тянет Кэм.

Моя сестра вспыхивает – честное слово, вспыхивает.

– Доброй ночи, Кэмден.

Я тут же хлопаю лучшего друга по груди.

– Держись от нее подальше.

Он хлопает меня в ответ.

– Ты мне не указ.

Девчонки смеются, все трое.

– Брось, Нокс. Оставь его в покое, – говорит Блэр, занимая сторону Кэма.

Ничего удивительного. Она что угодно сделает, лишь бы мне наперекор. Она всегда такой была.

– Мы удостоверимся, чтобы она добралась до дома в целости и сохранности, – заверяет меня Джоанна. Наши взгляды встречаются, и я вижу, как блестят ее глаза.

– Спасибо, – надеюсь, она чувствует, что благодарность моя самая искренняя.

Похоже, сегодня на моей стороне никого, разве что, возможно…

Джоанна.

Едва мы залезаем в пикап Кэма и отъезжаем от бара, мой приятель начинает допрос.

– Что у тебя с Джоанной?

– Ничего. – Я откидываюсь на спинку сиденья и закрываю глаза.

– Врешь. Знаю, ты прикидывался, что за Блэр следишь, но я потом заметил, что ты на нее даже не смотришь. Ты смотрел на ту темноволосую красотку, Джоанну, так?

Услышав от него слово «красотка», я приоткрываю один глаз.

– Держись от нее подальше.

– Повторюсь, ты мне не указ. Я взрослый мужик, а ты пытаешься меня отвадить от таких же взрослых женщин. Если мы захотим перепихнуться…

– Попытаешься с ней перепихнуться, и твои яйца окажутся в гипсе, – говорю я.

Кэм, гребаный садист, только ухмыляется.

– С ней – это с кем? Ты хоть о ком говоришь, о Блэр или о Джоанне?

О Джоанне. Но ему я в этом признаться не могу.

– Не важно это, – бормочу я.

– Вообще-то важно. Мне любопытно. Ты что, неровно дышишь к своему репетитору? – Кэм выезжает на главную дорогу, ведущую к кампусу и к многоквартирному дому, где мы живем. Он явно колеблется, а потом спрашивает: – Ты с ней замутил, да?

Мне так и хочется сказать: «Несколько дней назад», но я молчал.

В машине воцаряется тишина. Чертовски напряженная, кстати. Я ни за что не могу сказать Кэму, что произошло на самом деле.

– Она мой репетитор. – Голос мой напоминает скорее хриплый шепот. – Вот и все.

– А почему ты не захотел об этом в баре говорить? – Кэм заезжает на парковку. – Зачем держать все в секрете?

– Не хочу, чтобы остальные знали, что я с репетитором занимаюсь. Чувствую себя тупицей.

Это, кстати, недалеко от правды – настолько недалеко, что можно поверить.

– Ты не тупица, Нокс. Никто так не считает.

– Это мое личное дело, я не хочу рассказывать.

– Ладно-ладно. Я ни слова никому не скажу. Можешь мне доверять, ты же знаешь. – Он паркуется на своем обычном месте, потом глушит двигатель. – Как продвигается, кстати? С репетитором?

Просто потрясающе. Всего несколько занятий, а я уже знаю, как Джоанна стонет от моих поцелуев. Я многое усвоил.

– Хорошо. – Я пожимаю плечами. – Ненавижу английский.

– А она тебе помогает?

– Ага. Она действительно умная и научила меня разным хитростям, чтобы читать было легче. У меня же дислексия, так что бывает непросто.

Признавать подобное унизительно. Я много лет знаю, что у меня есть кое-какие проблемы, но говорить об этом все равно не люблю, даже с лучшим другом.

– Так это же отлично, старик. Рад, что она помогает тебе. И послушай, – он смотрит мне прямо в глаза, – ты всегда можешь рассчитывать на мое молчание. Я не собираюсь тебя разоблачать. Если не хочешь никому говорить, что занимаешься с репетитором, будь по-твоему, я твое решение уважаю.