Книга Настоящий мужчина по вызову, страница 89 – Олли Серж

— Согласна, — отвечает Тася.

— Теперь прошу ответить вас, жених.

— Согласен.

— Объявляю вас мужем и женой! Можете поцеловать невесту…

Тася

Сладко вжимаюсь лицом в подушку, чувствуя горячие поцелуи по спине и плечам.

— У нас дверь открыта, — напоминаю мужу.

Мужу! До сих пор не могу в это поверить!

— А мы тихонечко совсем, — шепчет Иван. — Маруся ещё спит.

— Мяу! Мяв-мяу! — Заметив, что мы проснулись, начинает свой голодный концерт Мефистофель и забирается Ивану на спину.

— Сейчас перестанет спать, — хихикаю.

— А ну брысь отсюда! Потерпишь, — шикает Муромцев на кота.

Тот, недовольно фыркая, сбегает под кровать.

— Как ты с ним непочтительно, — подставляю губы под поцелуй.

— Он хотел забрать мою прелесть, — отшучивается Иван и впивается в мою шею. Сжимает грудь, и я мгновенно практически готова…

— Нет, нет! — Выкручиваюсь и тяжело дышу. — Только не грудь! Слишком чувствительная!

— Так это же хорошо, — мурлычет муж, стягивая по моим бедрам вниз трусики. — Всегда готовая женщина в постели. Разве не об этом мечтает каждый нормальный мужчина?

— Ты просто читер! Это все гормоны. — Делаю вид, что возмущена. — Еще и предохраняться не надо.

— О, это вообще самый кайф. Да? Резинки — это для слабаков. — Кусает мое ушко губами и медленно входит…

— Ааа… — выдыхаю острое ощущение приятной наполненности и закусываю губы, чтобы вдруг не стать громкой.

— Не сдерживайся, — хрипло шепчет Иван. — Ты такая мокрая и тугая, что я тоже долго не смогу. — Женщина, какая же ты вкусная!

И очень сладко, медленно мы начинаем двигаться навстречу друг другу.

Кто бы мог подумать, что Муромцев окажется фанатом утреннего секса, а я не смогу ему отказывать, потому что он станет моим единственным спасением от ужасного токсикоза.

Ещё плавая в отголосках расслабленного удовольствия, мы нежимся и целуемся в постели.

— Нужно вставать и вести Марусю к психологу на комиссию, — останавливаю я губы Ивана. — А то мы так на второй раунд уйдем и везде опоздаем.

Муж замирает, будто возвращаясь в реальность.

Несколько секунд задумчиво молчит, рисуя узоры по моей груди.

— Ммм? Что случилось? Ты нервничаешь? Вань, перестань. У Лили нет ни одного шанса…

— И все-таки, — хмурится Муромцев. — Мне неспокойно. Это очень плохая идея вести ребенка на суд. Зачем ей видеть эту грязь? Я не понимаю!

— Я тоже не понимаю. Но мне кажется, что это попытка смешать сгрязью уже тебя. Очень тебя прошу, если Лиля будет развязывать скандал, не ведись. Хватит того, что Машке придется говорить с чужими людьми.

Иван сжимает меня и целует в макушку.

— Спасибо, что ты у меня есть.

Утро проходит уютно, но немного нервно. Больше потому, что Ивана начинает нагребать от всех вещей, которые он не может переварить, но вынужден терпеть.

Гренки горят, кофе убегает…

— Черт! — Срывается муж.

— Дай сюда, — отбираю я у него лопатку и турку.

Быстро устраняю с плиты напиток, выбрасываю гренки и разбиваю на сковородку яйца.

Маруся тихо сидит в уголке кухонного диванчика, прижав к себе кота.

— Марусь, ты помнишь, что нужно отвечать? — Присаживается перед ней Иван.

Кивает насторожено.

— Дорогой, — зову я мужа. — Ты мне не поможешь?

— Ммм? — Подходит.

— Ты что творишь? — Шиплю горячо. — Сделай просто ей нормальное утро. Не ходи и не искри. Все она, как нужно скажет. Правду. Ты же этого хочешь?