Книга Он. Она. Другая, страница 81 – Лия Султан

— А я помогу, — подначивает сестра.

— Так, ясно, — брови Таира сдвигаются к переносице. — Разговор не клеится. Хорошо. Заеду за Нафисой завтра. И помни, Сабина. У нас равные права, определенные судом. Дочь осталась с тобой, но в ее воспитании мыпринимаем равное участие. Я плачу алименты и не увиливаю. Делаю все, о чем ты меня просила: сад, частная клиника, игрушки, одежда.

— Как ты правильно заметил, это и твоя дочь тоже. Поэтому, содержи ее, как настоящий отец, — выпалила я.

— А я что делаю по — твоему? — он, похоже, теряет терпение. — Поэтому прошу тебя соблюдать правила.

— Ой иди уже, — гневно бросаю, разворачиваюсь и ухожу на кухню.

Слышу, как сестренка выпроваживает незванного гостя вместо меня и желает ему “всего хорошего”.

— Давай до свидания! — говорит ему на прощание и закрывает за ним массивную входную дверь.

* * *

В воскресенье он приезжает, как обещал. Специфика трехлеток в том, что наутро они будто ничего не помнят, но все равно какое-то важное событие у них откладывается в памяти. Нафиса дуется, не разговаривает с ним, отворачивается, даже истерит, выдергивает свои маленькие ладошки, когда он пытается их взять свои. Он, конечно, может думать, что я настроила ее против него, но мне уже все равно.

— Пойдем погуляем? — спрашивает он.

— Не хочу гулять, — вздернув носик, заявляет она.

— Хочешь пойдем в детский центр? — не унимается Таир.

— Нет, — мотает головой она.

— Куда ты тогда хочешь?

— Никуда.

— А я тебе куклу принес. Хочешь посмотреть?

— Нет. Мне не нужна другая ляля.

Услышав это я застыла в дверях, а Таир посмотрел на меня и нервно сглотнул.

— Иди к другой ляле.

— Нафиса, — он снова попытался взять ее за руку, но она убежала в угол зала и встала там, насупившись.

— Ей нужно время, — пожала плечами я.

Таир встает, идет в прихожую и возвращается через несколько секунд с большой розовой коробке, в которой сидит красивая кукла с золотистыми кудряшками. Он садится рядом с дочерью на корточки и протягивает ей игрушку.

— Смотри, какая, — показывает он подарок и улыбается. — Возьми.

Нафиса поворачивает голову и спрашивает глазами моего одобрения. Я молча киваю.

— Хочешь открою?

Дочка обхватывает широкую упаковку руками и снова отрицательно качает головой.

— Мы откроем позже, да? — предлагаю ей другой вариант.

Малышка кивает, но все также играет в молчанку с нами.

— Я тогда пойду?

— Иди, — отвечаю за нее.

— Нафиса, я пойду. Но хочу, чтобы ты знала, что я люблю и всегда буду любить тебя.

Она все также глядитна него как обиженный котенок

На следующий день он снова приходит и все повторяется. Но в этот раз она оттаивает примерно через тридцать минут и даже выходит с ним во двор. Несмотря на понедельник он проводит с Нафисой два часа после работы. Какая ирония! Раньше я была женой, а та — другой. Он точно также приезжал к ней вечером, а потом возвращался домой. А теперь мы поменялись местами. Теперь я — другая.

После последнего скандала мы с бывшим общаемся сухо и строго по делу. Он пишет, когда заедет, я одеваю дочь и передаю ему в руки. Ирада предсказуемо отказалась с ним пересекаться, потому что она боится, что ее потом посадят на 15 суток за хулиганство.

Объяснять сейчас что-то Нафисе тяжело, потому что она сейчас в таком возрасте, когда до конца не понимает многих вещей. Но мы с Таиром все-таки сказали ей, что несмотря на то, что мы живем в разных домах, мы по-прежнему ее мама и папа. Когда она подрастет, я поговорю с ней по-другому.