Книга Один неверный шаг, страница 158 – Оливия Хейл

— Судя по улыбке на твоем лице, я тебе верю, — говорит Адья, усмехаясь.

— Раньше я боялась, что он слишком похож на моего бывшего. Они оба на десять лет старше, оба довольно... обеспеченные. В отличие от меня, — говорю я.

— Логично, — рассудительно замечает она, — если у них есть десятилетняя фора в карьере.

Я киваю. Кажется странным не сказать, что Нейт Коннован, который время от времени покупает в галерее предметы искусства, и есть тот самый человек, мой «друг-ставший-соседом-ставший...-любовником». Но было бы еще страннее признаться в этом сейчас, спустя столько времени.

— И я хочу независимости, понимаешь? По крайнеймере, сейчас. Я хочу увидеть больше Европы, работать с тобой и посмотреть, куда приведет жизнь.

Адья опускает дизайнерские солнцезащитные очки и привычным жестом надевает их.

— Моя свободолюбивая американка, — говорит она. — Знаешь, я рада, что в качестве нового младшего стажера выбрали именно тебя.

Я притворно ахаю.

— Комплимент?

Она ухмыляется.

— С тобой весело, — говорит она. — Шальная, но веселая. Помоги бог, если бы пришлось иметь дело с какой-нибудь заносчивой британской девчонкой.

Я приподнимаю бровь.

— Жаль тебе это говорить, но...

— Я прекрасно знаю, что сказала, — говорит она, не переставая улыбаться. — И мне нравится быть единственной «собой» в комнате.

В этом есть смысл.

Мы прощаемся, и я иду домой. Мимо булочной с красивыми караваями в витрине, мимо комиссионки и магазина парфюмерии, на жилые улицы. Но ничего этого не вижу. Мои мысли кружатся.

Последние две ночи я спала в его постели.

Возможно, стоит установить какие-то границы. Может быть, это слишком быстро, и, возможно, стоит быть осторожнее, но я не хочу. Не в этом году. Не этой «новой мне». Я хочу отправляться в безумные поездки, отдаваться спонтанности и гулять всю ночь напролет.

И, возможно, в какой-то момент он захочет от меня большего, чем смогу дать, но это будет потом, а сейчас — это сейчас. Единственное...

Мой телефон звонит. Агрессивно вибрирует в кармане, и я тянусь за ним. Номер неизвестен, но звонок из Штатов. Я хмурюсь, глядя на экран лишь несколько мгновений, прежде чем ответить. Учитывая, что изредка звонят кейтереры, а отчим постоянно теряет телефон и заводит новый, неизвестный номер не так уж удивителен.

Я жалею о том, что ответила, в ту же секунду, когда в трубке раздается егоголос.

— Дин, — говорю я. Пузырьки счастья внутри меня лопаются один за другим. Я нехочу иметь с ним дело. — Если это по поводу последнего письма с планом платежей, который я составила, думаю, стоит придерживаться письменного общения. Нет необходимости...

— О, тут ты ошибаешься, — говорит Дин. — Я думаю, необходимость есть.

Я вздыхаю. Это неловко, болезненно и неприятно.

— Мне жаль, что ты увидел то, что увидел, Дин. Правда. Моей целью никогда не было причинить тебе боль, я просто хотела двигаться дальше. Я хочу, чтобы мы оба смогли это сделать.

— Двигаться дальше. Да, я думаю, это хорошая цель, — говорит он. — Наверное, оно и к лучшему, что я увидел вас двоих и понял, что тыуже пошла дальше. Ты переметнулась к еще более богатому «папику». Впечатляет, правда.

Внутри все тяжелеет. В Нью-Йорке только что перевалило за полдень, но мне интересно, не пьян ли он. Не был ли на обеде с инвестором и не позволил ли себе лишнего.