Книга Один неверный шаг, страница 179 – Оливия Хейл

— Знаю. Прошлые отношения тебя душили.

— Я не могу снова так жить, — говорю я. — А что если захочу... после Лондона... Что если захочу переехать в Париж на полгода? Или в Токио? Что если захочу завести собаку, или вернуться к учебе, или не выходить замуж лет десять? Я могу этого захотеть.

Улыбка Нейта становится шире.

— Значит, именно это ты и сделаешь.

— Но как же мы? Если будем «мы». Я тоже никогда не хочу причинять тебе боль, и...

— Харпер, — прерывает он серьезным тоном. — Я никогда не захочу тебя удерживать. Если захочешь в Париж, я поеду с тобой. В Токио тоже. Захочешь собаку — заведем собаку. Если вообще никогда не захочешь замуж — мы никогда не поженимся. Наши отношения не должны быть такими, как твои предыдущие.

Картина, которую он рисует, кажется слишком прекрасной. Неужели так может быть? Я думала, у Нейта будет четкий график, ожидания. У такого человека, как он...

Но он ни разу не заставил меня почувствовать нечто подобное.

Ни разу не намекнул на удушающие требования.

— Мы можем установить свои правила, — говорю я.

— Мы можем установить свои правила, — повторяет он. — А потом можем их нарушать. Не существует «правильного» способа быть вместе. Я уж точно такого не знаю. Мы можем во всем разобраться, построить это. Вместе.

Я переворачиваю руку и сжимаю его пальцы своими. Они теплые, удерживают меня посреди эмоциональной бури, бушующей внутри.

— Хочешь знать секрет? — говорит он. — Мне тоже страшно.

Я поднимаю взгляд на него.

— Тебе?

Он кивает.

— Я так долго этого хотел. И хочу до сих пор, сильнее чем когда-либо, и я люблю тебя, Харпер. Но никогда не хочу снова причинять тебе боль. Никогда не хочу разочаровать или быть меньшим, чем ты заслуживаешь.

Внутри что-то щемит, и я сильнее сжимаю его руку.

— Ты никогда не сможешь меня разочаровать, — говорю я. — А что касается боли... когда люди дорожат друг другом, они вместе проходят через обиды. Это и есть отношения. Все хорошееи немного трудностей.

Уголки его губ приподнимаются в полуулыбке.

— Наверное. Но я костьми лягу, чтобы этого больше не повторилось.

Я улыбаюсь и собираюсь с духом, чтобы сказать следующую часть. Это должно быть сказано.

— Те деньги Дину, долг... Я не хочу быть обязанной тебе за то, что случилось до нас, до всего этого. Можно я тебе их верну?

— Ты мне ничего не обязана.

Я продолжаю, словно он ничего не говорил.

— Пусть не смогу вернуть все сразу, но, может, через несколько месяцев? Теперь, когда у меня штатная должность.

Он начинает качать головой, но потом останавливается. Заставляет себя кивнуть один раз.

— Да, если хочешь. Это твой выбор. Но в этом нет необходимости. Я потратил выходные на то, чтобы провести некоторые подсчеты. На самом деле ты вообще не должна никаких денег. И, если захочешь, ты на верном пути к тому, чтобы больше никогда не нуждаться в мужчине. Независимость. Так ведь?

Он сжимает мою руку, отпускает ее и открывает ноутбук. На экране уже готова электронная таблица.

Я узнаю имена в правом столбце. Художники. Некоторые — мои любимые. Это список покупок... Цены в другом столбце. Это вся его коллекция произведений искусства, разнесенная по аккуратному реестру.

— За последние четыре года я купил сорок две работы, и все по твоей рекомендации, — говорит он.

У меня отвисает челюсть. Я знала, что их было несколько. Но не столько. Цифры в этой таблице... Я знала, конечно. Месяцами жила в таунхаусе среди всей этой красоты.