Книга Моя идеальная ошибка, страница 122 – Оливия Хейл

Голос сестры тверд, но в нем слышна уязвимость.

— Это нормально хотеть двигаться дальше. Получать удовольствие. Я бы поддержала тебя. Но почему с моей лучшей подругой? Я доверила ее тебе! Ей нужна эта работа и крыша над головой, пока она приходит в себя.

Это уже лучше.

— Я знаю. Не хотел причинить тебе боль, — говорю я.

Слова даются с трудом. Так не должно быть, но как есть. Мы редко разговариваем. Но в последнее время я слишком часто подводил младшую сестру.

— Это просто так... странно, — она поднимается с кресла и смотрит на часы. — У меня встреча с маркетинговой командой. И, честно... я не знаю, что еще сказать. Просто не причиняй ей боль, Алек. Будь предельно ясен в своих желаниях.

— Потому что это так чертовски просто? — сухо спрашиваю я.

Конни широко распахивает глаза. На мгновение воцаряется тишина, но затем она качает головой.

— Нет. Не просто. Но сделай это ради нее. Изабель уже ищет другую работу, и когда все закончится, просто убедись, что она останется в выигрыше.

Я знал, что она размышляла о карьере, но уже подает заявки?

Для меня это новость.

— Что еще она сказала? — снова спрашиваю я Конни.

Если это звучит, как мольба, мне все равно.

— Поговори с ней сам, — отвечает сестра.

Она выходит из кабинета, и дверь захлопывается, оставляя меня в оглушающей тишине, далекой от безмятежности.

Я закрываю лицо руками.

Черт.

Мне нужно поговорить с Изабель. Но сегодня ежегодный гала-ужин «Контрон», который всегда проводится за неделю до Дня благодарения, и мое присутствие обязательно. Речь готова, все подготовлено. Отец тоже придет и наверняка снова спросит о месте в совете директоров. Конни и Габриэль придут.

Но Изабель не будет.

И впервые искренне хочется, чтобы она была со мной в качестве спутницы.

Уилла и Сэм — мое спасение. Их заразительная энергия не оставляет ни секунды на мысли о собственной жизни, их отце или тете. После школы Уилла направилась на теннис, а Сэм на футбол. Затем мы свалились на густой ковер в гостиной. Никто не хочет делать уроки, так что сегодня мы будем заниматься лежа. Как на пикнике.

Они находят это дико смешным. Хотя почерк Уиллы от такой позы оставляет желать лучшего, мы справляемся довольно быстро. С Сэмом всегда весело, ведь он в садике, а задания не бывают сложнее, чем «найди дома предметы основных цветов» или «посчитай шаги между комнатами».

Алек отсутствует весь вечер.

Я знала, что он на гала-ужине. Видела в расписании на холодильнике — том самом, что для нас с Катей и детьми как Библия, вокруг которой строится жизнь. А это значит, что мы не говорили, не по-настоящему, с тех пор, как Конни все узнала на той вечеринке.

Разговор напугал меня. Потому что между нами никогда не было такого конфликта. Не того сорта, что можно смахнуть плечом и забыть. Она явно была потрясена увиденным.

— Я и подумать не могла... Ты не чувствуешь, что тобой пользуются? Не хочу, чтобы ты боялась сказать «нет».

Этот анализ был так далек от наших с Алеком отношений.

Я сказала, что все несерьезно. Пыталась преуменьшить, хотя правда вертелась на языке. Кажется, я влюблена в него, но почти уверена, Алек не чувствует того же.

Он ревнует. Заботится. Он добр, внимателен, испытывает влечение, да, но это не означает любовь. И кристально ясно дал понять, что больше детей не хочет.