Книга Моя идеальная ошибка, страница 91 – Оливия Хейл

— Думаю, Марк собирается уйти из совета.

Черт.

— Он еще не принял официального решения, — говорю я.

Отец проводит рукой по краю стола.

— Думаю, мне стоит вернуться. Уходить с поста в совете было ошибкой. У меня все еще есть, чем поделиться.

Да тебе и не обязательно в совете состоять, чтобы делиться,думаю я. Лорен ведь до сих пор ему отчитывается. А теперь он еще и с Марком переговорил неофициально?

Я не хочу, чтобы он возвращался. Если бы отец действительно думал о благе «Контрон», а не о своем эго, он бы это тоже понял.

Отец превратил «Контрон» из национального бренда в международную корпоративную империю. Конгломерат с большим количеством «ног», чем у паука. Он создал то, что есть сегодня. Но это не значит, что компания была безупречной, когда я присоединился к руководству.

Под моим началом мы стали принимать более взвешенныериски вместо того, чтобы цепляться за те, что тешили самолюбие Дэвида Коннована. Стали гибче, быстрее, оптимизировали управление и привлекли топовых внешних консультантов. Мы уже не в фазе роста. Процветаем на этапе стабильности.

Я также избавился от большинства отцовских «да, сэр». Он заметил это, хоть и ограничился лишь намеками на то, что бывшие фавориты теперь понижены, отправлены на пенсию или заменены.

— Ну? — спрашивает он. — Ты объявишь о моем возвращении?

Отец бросает на меня взгляд, который знаю лучше всего. Сдайся, говорит он. И в юности я сдавался. Каждый раз.

Почему не получил пятерку? Тренируйся на пианино. Летом будешь здесь работать.

Но теперь у него нет власти в «Контрон», только акции.

— Это было бы неразумно, — говорю я. — Тебе лучше сосредоточиться на пенсии. Ты же недавно купил шале в Аспене, верно?

Он хмурится.

— Ты считаешь мое возвращение плохой идеей.

— Да.

— Пообещай, что подумаешь еще, — требует он. — Марк не уйдет еще несколько месяцев. Я пообщаюсь с остальными, узнаю их мнение. Уверен, они поддержат мою кандидатуру.

Рука сжимается в кулак.

— Я подумаю, — говорю я.

Он скрещивает руки на груди.

— Хорошо. Теперь о семейном. До Дня благодарения осталось несколько недель.Ты организуешь ужин, или я?

— Как тебе удобнее.

— Тогда у меня, — взгляд скользит за мою спину, к окнам. — Ты позовешь Конни и ее мужа?

Бесит его мелочность.

— Это решать тебе, раз сам все устраиваешь.

— М-м. Но ты поговоришь с ней.

— Да, могу.

— Хорошо. И расскажи, как у нее дела.

— Она будет на совещании, — говорю я.

Отец не отвечает, лишь бросает раздраженный взгляд. Сегодня я не играю по его правилам. Знаю, что это его злит, но мне плевать. Всю жизнь мы с Конни и Нейтом существовали, лишь бы не разочаровать его. Но он сам ушел, сам решил отойти от дел. Мне бы хотелось, чтобы отец оставил и этот напускной авторитет. Но, похоже, это единственное, что он унесет с собой в могилу.

— У нее все отлично, — говорю я. — Счастлива как никогда, и Фонд под ее руководством работает прекрасно. Это отличный инструмент для связей с общественностью, плюс повышает имидж в благотворительности.

Он одобрительно мычит.

— Хорошо. Это хорошо.

— Позвони ей. Сходите вместе на ужин.

Брови отца сдвигаются.

— Это она вышла замуж за Томпсона, даже не сказав нам.

— А ты до сих пор не поздравил дочь, — парирую я.

Отец фыркает, поднимается с кресла с тихим стоном.

— Ты сегодня не в духе, — замечает он.