Книга Моя идеальная ошибка, страница 94 – Оливия Хейл

— Ты и меня заставил думать. Своими... описаниями.

— Да?

— Угу. И подумываю отплатить завтра тем же.

Я касаюсь ее губ, намереваясь дразнить, но вкус сводит с ума. Поцелуй углубляется, я прижимаю Изабель к себе сильнее.

— Как именно?

Она впивается пальцами в мои волосы.

— Думаю, это будет сюрприз.

— Если ты это сделаешь, придется ходить на работе с эрекцией.

Она отстраняется, глаза сверкают.

— Думаешь, получится?

— Легко, — руки скользят ниже, к теплому месту между ее ног. Прошло всего двадцать четыре часа с последнего раза, но ощущается как вечность. — В последнее время я постоянно возбужден.

Ее глаза загораются.

— Правда?

— Да. Я уже давно в таком состоянии, милая.

Изабель замирает, но пальцы продолжают играть с моими волосами. В ее голосе слышна неуверенность.

— То есть с тех пор...?

Я вздыхаю.

— Нет. Были... эпизоды.

— О. Много?

— Два, — это не та тема, которую я хотел быобсуждать и не та, которой горжусь.

Но ее ногти так приятно царапают кожу, а на лице отражается лишь любопытство.

— Расскажи, — говорит она.

— В первый раз это был случайный секс на конференции. Во второй же с девушкой из школы, которая приезжала в город на неделю, — я качаю головой. Это были глупые попытки почувствовать связь, выплеснуть потребность и проверить, возможно ли двигаться дальше. — Ты же не всерьез хочешь это обсуждать.

— Конечно хочу. Было сложно?

Я понимаю, о чем она. Но отвечать не хочу, ведь ящик с виной все еще заперт. Поэтому просто притягиваю Изабель ближе.

— Очень сложно, — говорю я. — Воздержание определенно делает кое-что тверже.

Но это лишь слегка притупило потребность, которую я годами держал под замком, удовлетворяяв одиночку.

Изабель нашла ключ и теперь я не могу думать ни о чем, кроме как обладать ею.

— Так ты хочешь сказать, что был обделен? — она закатывает глаза, но пальцы уже расстегивают верхнюю пуговицу моей рубашки.

— Ужасно обделен, — целую ее, сжимая упругие ягодицы и поощряя движения бедер. — Я никогда и ни в ком так не нуждался.

Ловкие пальцы скользят под ткань, касаясь кожи, и волна тепла разливается по телу. Я откидываю ее голову назад, целую шею, как вдруг в голову вползает едкая мысль.

— А ты?

— М-м?

— Когда у тебя последний раз был секс?

— Кажется, вчера вечером, — она хихикает, но я прикусываю ее ключицу, заставляя серьезно ответить.

— Год назад. Может, чуть больше.

Ответ почему-то радует на каком-то первобытном уровне. Будь это три месяца назад, возможно, в ее жизни все еще был кто-то. Танцор, старый друг, кто-то, кто писал ей по ночам. Не уверен, что справился бы с ревностью. Я и так знаю, что Изабель предназначена для кого-то моложе, но не хочу даже думать об этом человеке.

Ее рука скользит между наших тел, сжимая меня через ткань брюк. Я резко вдыхаю, поскольку даже это трение сводит с ума.

— Утром, днем и ночью, — говорю я. — Ты не представляешь, насколько сводишь меня с ума.

Изабель тяжело дышит мне в ухо, поглаживая ладонями ткань.

— Правда?

— За последние недели я дрочил чаще, чем за несколько лет до этого.

— Где?

Я откидываюсь на спинку дивана, наблюдая, как ее глаза темнеют от желания. Готов вечно смотреть на нее, тлеющую от желания, которое невозможно унять в одного.

— Каждое утро в душе. В постели каждую ночь.

Она прикусывает губу.

— В душе?

— Да.

— Хочу посмотреть.