Книга Как провести медовый месяц в одиночестве, страница 27 – Оливия Хейл

Я смотрю на удочки, которые держит Дэвид.

— Думаю, я готова.

— Не волнуйся, — говорит Филипп рядом со мной. — Это не требует большого мастерства.

— Спасибо?

Его рот растягивается в еще одной из этих маленьких, почти улыбок.

— Это хорошее занятие.

Я встаю со скамейки.

— Ты часто это делал?

— Сейчас не так часто. — Он принимает от Дэвида удочку, которая почти такой же длины, как и его рост. —Если честно, я часто занимался этим в детстве.

— Правда? И тебе нравилось?

— Да.

Дэвид протягивает мне мой собственный жезл. Он прекрасно понимает, что я новичок, и находит массу удовольствия в том, чтобы проинструктировать меня, как держать удилище и забрасывать его.

Дэвид и Филипп по очереди учат меня, как ритмично натягивать леску, когда я медленно подматываю ее, чтобы имитировать плавание настоящей рыбы и привлечь более крупных особей.

— Неужели рыбы действительно так плавают? — спрашиваю я их, мои руки устали. — В странных всплесках энергии?

Но никто из них не считает, что мой вопрос заслуживает особого внимания.

Филипп ловит рыбу первым. Ему достается и вторая, а потом Дэвид ловит марлина. Он слишком мал, чтобы оставить его себе, в отличие от двух барракуд Филиппа, поэтому его осторожно опускают обратно в воду, чтобы он плавал еще один день.

У меня уже устали руки, когда что-то наконец дернуло за леску.

— Боже мой! Кажется, здесь есть рыба.

— Просто клевала? — спрашивает Дэвид. — Или она на крючке?

— А какая разница?

— Она тянет?

— Да, — говорю я, мои руки напрягаются. — Кажется, она зацепилась?

— Подмотай леску, — говорит Филипп. Его голос доносится совсем рядом, его собственная удочка забыта. — Медленно и уверенно. Вот так. Подматывай вот так.

— Она тяжелая, — говорю я. Адреналин бурлит в моих венах. Может, это им и нравится? Острые ощущения от погони? — Ты видишь уже?

Он наклоняется над бортом лодки.

— Нет… да. Дэвид, ты это видишь?

Но Дэвид уже готов с сачком. Поднимается большая желто-зеленая рыба. У нее тупая морда, как у мопса.

— Боже мой! Что это?

— Ты поймала дельфина, — говорит Дэвид.

— Дельфина?

— Да. Рыбу-дельфина. Вы, ребята, часто называете ее махи-махи, — говорит он. Рыба мощно взмахивает плавниками. Вы только посмотрите! Твой первый улов!

— Может, выбросить ее обратно?

— Нет, нет, этой рыбой можно накормить целую семью. Да, пожалуйста!

Рядом со мной Филипп говорит тише.

— Отличная работа, Иден.

— Все, что я делала, — это держала палку, — говорю я.

— Нет, ты еще и ритмично дергала ее, — поправляет он. — И в этом вся разница.

Это меня рассмешило.

Пятнадцать минут спустя, и наша рыбалка завершена. Дэвид предлагает нам сфотографироваться с уловом. Филиппне очень хочет, но когда я позирую с гигантской рыбой-дельфином, которая явно больше, чем дельфин, я ухмыляюсь. Еще одна галочка в моем списке "исследовать Барбадос".

За камерой моего телефона Дэвид хмурится.

— Я не могу снять тебя с рыбой. Можешь отойти назад?

Я делаю небольшой шаг.

— Вот так?

— Еще.

Я отступаю назад. Потом еще немного, пока задние части моих ног не ударяются о перила лодки. Я теряю равновесие. Мои руки вздрагивают, но в них сидит огромная рыба, и я не могу выпрямиться. Махи-махи выскальзывает из моих рук и падает на палубу… как раз в тот момент, когда я начинаю отклоняться назад.

— Иден!

Я цепляюсь когтями за перила, переваливаясь через них. Но это бесполезно. Я вылетаю за борт.