Книга Как провести медовый месяц в одиночестве, страница 64 – Оливия Хейл

Песок подо мной теплый, мягкий и, наверное, грязный. Я опираюсь головой на руку.

— Ты не кувыркаешься регулярно?

— Нет, не могу сказать, что регулярно.

— Это мой… третий за неделю. Ты привыкнешь.

Он удивленно усмехается. Смешок усиливается, пока он не начинает наполовину смеяться, наполовину стонать.

— Господи. Ты действительно не смогла меня вытащить.

— Смогла!

— Иден, — говорит он.

— Моя сандалия заскользила по траве. У меня не было должного сцепления. Вот почему.

— Сцепления, — повторяет он, и в его словах звучит скепсис до мозга костей. Но в его голосе звучит и юмор. Он вытягивает руки и откидывает голову к небу, словно отдыхает на песчаном пляже. — Черт, я даже не люблю гольф.

Мои брови взлетают вверх.

— Что? Не любишь?

— Нет, не очень.

— Но ты так хорош в нем.

— Прилично, — говорит он, все еще обращаясь к Богу Всемогущему, витающему в облаках. — Это медленная игра и иногда очень скучная.

Я качаю головой.

— Тогда почему ты решил заняться этим в свой «медовый месяц»?

Он снимает солнцезащитные очки и поворачивает голову, его темно-синие глаза встречаются с моими.

— У меня нет ни малейшего представления.

Это заставляет меня улыбнуться.

— Нет?

— Нет. Мы обсуждали мероприятия с нашим организатором поездок, и она упомянула, что у курорта есть доступ к первоклассному полю для гольфа… — пожимает он плечами. — Моя бывшая заявила, что я играю в гольф. Это было предложено. Я подумал, почему бы и нет? Было бы неплохо побыть одному.

Немного времени наедине с собой, думаю я. В медовый месяц?

Мои пальцы перебирают песок, проходя через горячий слой сверху.

— Почему ты вообще начал, если тебе это не нравится?

— Думаю, из-за работы. Гольф часто стоит на повестке дня на выездных семинарах, конференциях, а иногда и на совещаниях… — Он кивает,его рот поджимается. — Вот оно что. У меня был клиент, много лет назад. Он проводил свои встречи только на поле.

— Звучит нелепо.

— Ну, он был до смешного богат, а его компания переживала одно из крупнейших слияний года. Так что я научился играть в гольф.

— Ты… выиграл дело?

На его губах мелькнула улыбка.

— В какой-то степени да.

— О. Это было не совсем дело.

— Нет, я был юридическим консультантом и составлял контракты.

Я потягиваюсь и сажусь. Я все еще без сандали, а солнце палит ужасно, и я чувствую крошечную струйку пота по позвоночнику. Филипп все еще лежит на спине и не выглядит так, будто ему есть до этого дело.

Его волосы взъерошены, и в нем чувствуется спокойствие, которого не было на прошлой неделе.

Я улыбаюсь.

— Так почему же мы здесь?

Он поворачивает голову.

— Играем в гольф?

— Да.

— Хороший день, — говорит он, — и ты хотела научиться.

— Ну да, пеняй на меня. Я заставляла тебя страдать, глядя, как я бью мячом по деревьям.

Он снова улыбается. На этот раз криво, искренне, и это заставляет мою собственную улыбку пошатнуться.

— Скажу тебе одну вещь, Иден. Гольф с тобой точно не будет скучным.

Я впиваюсь зубами в нижнюю губу.

— Это ты так говоришь, что получаешь удовольствие?

— Я еще никогда не оказывался на спине в песчаной яме, — говорит он. — Так что… да.

Голоса доносятся до нас по ветру. Это язык, которого я не понимаю. Возможно, немецкий или голландский. И тут с края песчаного карьера на нас смотрит группа седовласых мужчин. Они одеты в воплощение гольф-наряда.