Книга Я выбираю развод, страница 62 – Аврора Сазонова

— Уверена, — произношу твердо, глядя прямо в озабоченные глаза подруги. — Еду сейчас. Саша хотел забрать Тимура, получит сына на целый день раньше. Без предупреждения, без моей помощи, без няни, которая всегда подстраховывала.

Поднимаю тяжелую спортивную сумку, перекидываю через плечо, ощущая, как лямка врезается в ключицу болезненно, но игнорирую дискомфорт, сосредоточившись на главной цели. Беру Тимура на вторую руку, прижимаю к бедру привычным материнским жестом, малыш обхватывает пухлыми ручками за шею доверчиво, утыкается носиком в плечо.

— Кать, спасибо за все, — говорю искренне, чувствуя, как горло сжимается от благодарности и нежности к подруге, которая приютила посреди ночи, поддержала в самый страшный момент, не осудила за импульсивный побег. — Правда. Не знаю, что бы делала без тебя.

Подруга обнимает одной рукой, осторожно, чтобы не придавить Тимура между нами, целует в щеку быстро, по-сестрински.

— Позвони, как доберешься, — просит обеспокоенно, отстраняясь, разглядывая лицо внимательно, словно пытается запомнить каждую черту. — И если что-то пойдет не так, сразу набирай. Приеду, заберу, разберемся вместе.

Киваю молча, не доверяя голосу, выхожу из квартиры, слышу, как дверь закрывается за спиной с тихим щелчком замка, и звук отдается в груди финальным аккордом, подводящим черту под трехдневным убежищем от реальности. Спускаюсь по лестнице медленно, придерживаясь свободной рукой за перила, потому что ступени крутые, а с ребенком на руках и тяжелой сумкой на плече равновесие держать труднее обычного.

Выхожу на улицу, свежий утренний воздух ударяет в лицо прохладной волной, заставляя ежиться и плотнее прижимать к себе Тимура, укрывая тело малыша от ветра собственным. Достаю телефон, вызываю такси, жду, глядя на экран, где приложение ищет свободную машину, и сердце колотится учащенно в предвкушении предстоящей встречи с мужем, который даже не подозревает о раннем возвращении.

Машина подъезжает через пять минут, обычный серый седан с потрепанными сиденьями и запахом освежителявоздуха, перебивающего застарелый табачный дух. Сажусь на заднее сиденье, пристегиваю ремнем себя и Тимура вместе, диктую адрес дома водителю, мужчине средних лет с усталым лицом и равнодушным взглядом, который кивает молча, включает счетчик и трогается с места.

Дорога занимает двадцать минут, и каждая минута растягивается в вечность, наполненную беспокойными мыслями, сомнениями, которые пытаюсь подавить, не давая разрастись в полноценную панику. Правильно ли поступаю? Не слишком ли жестоко оставлять Тимура с отцом без предупреждения? Но ведь Саша сам настаивал на своих родительских правах, заявлял о готовности воспитывать сына, угрожал забрать ребенка через суд. Пусть докажет делом, а не словами.

Машина останавливается у знакомых ворот двухэтажного дома, где прожила последние три года, и вид знакомого фасада вызывает противоречивые чувства: облегчение от возвращения в привычное пространство смешивается с тревогой от необходимости встретиться с мужем лицом к лицу. Расплачиваюсь с водителем, выхожу из машины, поднимаю сумку, устраиваю Тимура поудобнее на бедре, иду к входной двери.

Ключ поворачивается в замке бесшумно, дверь открывается легко, впуская в прихожую, где пахнет домом, знакомыми запахами, которые вызывают острую ностальгию по тому времени, когда все было хорошо, когда не знала о предательстве и лжи. Закрываю дверь за собой тихо, снимаю обувь, ставлю сумку на пол, прислушиваюсь к звукам, доносящимся из глубины дома.