Книга Запретная месть, страница 14 – Аймэ Уильямс

— Ирландцы требуют подтверждения по транспортным маршрутам, — загундосил голосом, который я уже чертовски возненавидел.

— Готовь джет. — Я потянулся за пальто. — Передай О'Коннору, что я разберусь сэтим лично.

Солдат поперхнулся. — Но мистер О'Коннор просил…

— Вон. Отсюда. — Рявкнул я, и ледяного тона оказалось достаточно, чтобы заставить его вылететь из кабинета.

Частный аэродром в этот час был тих; поздний осенний ветер хлестал по взлетной полосе. Телефон не переставал вибрировать от сообщений людей О'Коннора, но они все могут идти к черту. У меня есть дела поважнее.

Набрав высоту, я принялся изучать разведывательные отчеты на планшете. Взгляд зацепился за нечто странное — совпадения в перемещениях Шона Мерфи, которую я раньше упускал.

За последние три месяца он регулярно летал из Бостона в Сингапур, всегда останавливаясь в отелях, известных своей конфиденциальностью в вопросах криптовалютных операций.

Время поездок идеально совпадало с крупными транзакциями через подставные фирмы, которые, как я знал, контролировала Шиван.

Я поднял старые отчеты, сравнивая их с тем, что мне уже было известно о попытках Шиван модернизировать империю О'Конноров за спиной отца.

Шон не просто управлял её теневыми счетами — он выстраивал целую сетевую структуру. Цифровой банкинг, криптовалютные переводы, легальные технологические компании, способные отмывать миллионы, не оставляя следов.

Узнай Шеймус истинный размах планов дочери…

Перспективы открывались интересные. Шиван не просто пыталась модернизировать бизнес — она готовилась к полному захвату власти. Шон Мерфи был не просто её доверенным капо, он был архитектором её будущей империи.

Что делало его либо ценным союзником, либо опасной угрозой, которую всё равно нужно устранить.

— Мы начинаем снижение над Нью-Йорком, сэр, — голос пилота ворвался в мои мысли.

Я знал, что играю с огнем, возвращаясь в Нью-Йорк. Предупреждение Маттео было предельно ясным: держись, блядь, подальше или пеняй на себя. Но игры Елены с Энтони Калабрезе заставили меня наплевать на угрозы брата.

Я взглянул в иллюминатор, когда показался знакомый силуэт города. При этом виде в груди что-то сжалось. Нью-Йорк. Мой город. Мой дом.

Не тот гребаный мавзолей в Бостоне, где Шеймус О'Коннор играет в короля.

Огни Манхэттена сверкали во тьме, словно рассыпанные алмазы. Каждый район, каждый квартал хранил воспоминания — и те, что я берег, и те, которые годами пытался забыть.

Где-то там, внизу, Елена, вероятно,все еще с Энтони, безупречно играет свою роль и собирает сведения, способные уничтожить нас всех. От этой мысли кулаки сжались сами собой.

Когда я сошел с трапа, водитель уже ждал; двигатель черного внедорожника работал. Пусть шпионы Маттео докладывают о моих передвижениях. Угрозы брата ничего не значат по сравнению с игрой, которую ведёт Елена.

— В Мидтаун, — бросил я водителю. А затем, чувствуя особый прилив безрассудства, добавил: — Хотя нет. Сначала проедем мимо резиденции ДеЛука.

Мы ехали по городу, который я знал лучше, чем собственные пять пальцев. Каждый угол, каждое здание хранили отголоски того, кем я был. До изгнания. До предательства. До того, как я стал монстром, которого всегда боялся увидеть во мне брат.

Мы покинули город и направились в пригород, где возвышались каменные стены и ворота с охраной.