Книга Запретная месть, страница 2 – Аймэ Уильямс

Чьи союзы могут дать трещину под напускным миром.

— Елена! — голос Беллы прерывает мои наблюдения. — Иди посмотри последние снимки УЗИ. Глянь, какие четкие профили!

Я направляюсь к ней, принимая воздушные поцелуи и отбиваясь от вопросов о том, когда же я наконец остепенюсь и найду «того самого».

Если бы они только знали.

Ирония сватовства почти вызывает у меня улыбку.

— Они прекрасны, — говорю я, изучая зернистые снимки. И они действительно таковы, по-своему. Две крошечные жизни, которые понятия не имеют, что рождаются в мире красивых фасадов и смертоносных схем. — Вы уже выбрали имена?

Карие глаза Беллы загорелись.

— Мы думаем назвать мальчика Джованни, в честь папы. — Голос слегка дрогнул на имени отца; рана все еще свежа, хотя прошел почти год со дня его смерти. — А девочку — Арианна.

— Прекрасный выбор, — бормочу я, игнорируя тяжесть взгляда Маттео с другого конца комнаты. Он следит за нашим общением, словно ястреб, вероятно, гадая, не выдам ли я себя внезапно как предательница, которой и являюсь.

Но я училась у лучших. Марио научил меня носить маски, настолько убедительные, что порой я сама забываю о них. Научил превращать положение незаметного организатора в преимущество.

В конце концов, кто обращает внимание на женщину, поправляющую цветы и координирующую официантов? Кто остановится выдавать секретную информацию при той, кого считают лишь декорацией?

— Ты превзошла саму себя, —говорит Белла, сжимая мне руку. От её доверия заболело в груди. — Не знаю, что бы я без тебя делала.

Сжимаю ладонь в ответ, подавляя рвущееся наружу чувство вины.

— Для чего же еще нужны лучшие друзья?

Клатч снова вибрирует. Мне не нужно смотреть: это опять Марио. Вероятно, он жаждет подробностей об усилении охраны, о Семьях, о малейших сдвигах в расстановке власти, которая знаменует этот праздник.

Это не просто торжество — это демонстрация силы, заявление о несокрушимости семьи ДеЛука даже после скандала с Марио.

Я отлучаюсь проверить персонал на кухне, пользуясь моментом одиночества, чтобы быстро набрать сообщение: «Охрана усилена из-за активности Калабрезе в Бруклине. Подробности позже».

Ответ приходит мгновенно: «Осторожнее, юный стратег. Ты играешь с огнем».

Едва сдержала смех. Будто я сама этого не знаю. Яркое воспоминание о нашей первой встрече накрывает меня, будто это случилось вчера, а не полгода назад.

Засидевшись допоздна в офисе, я улаживала детали благотворительного гала-вечера. Того самого вида мероприятий, где кровавые деньги отмывают через тихие аукционы и тосты с шампанским. Коридор тонул во мраке, разбавленном лишь мягким светом из моего кабинета, и я помню, как подумала, что лучше вызвать водителя, чем идти на парковку одной.

И тут я увидела его — Марио ДеЛука выступил из тени, словно падший ангел в безупречно сшитом костюме. Конечно, я узнала его сразу, хотя и солгала Белле, что мы незнакомы.

Все знали об изгнанном брате Маттео, том самом ДеЛука, что предпочел месть верности. Но фотографии не передавали всего. Они не могли передать опасную грацию его движений или то, как пронизывал его взгляд.

— Работаешь допоздна, юный стратег? — Его голос был словно дым и шелк, ничего общего со сдержанным тоном Маттео. Он подошел ближе и я уловила аромат дорогого парфюма, смешанного с чем-то более темным. — Всегда такая полезная и такая… незаметная.