Книга Запретная месть, страница 27 – Аймэ Уильямс

При виде имени Энтони к горлу снова подступила тошнота, но мозг уже работал на опережение.

Ребенок менял всё. Наследник Калабрезе, растущий в моей утробе — это рычаг давления, которого я не ожидала, уровень доступа, который невозможно было спланировать. Идеальное прикрытие для сбора более глубоких сведений, шанс доказать, что я гораздо ценнее, чем просто очередная светская львица, играющая во власть.

Но это также и уязвимость. Ребенок Калабрезе означал, что я никогда не освобожусь от них. Если Энтони признает это дитя своим наследником…

Рука дрогнула, когда я положила её на всё ещё плоский живот.

Я видела, что этот мир делает с детьми, рожденными во власти. Взглянуть на Бьянку, на Марио и Маттео — каждый из них по-своему искалечен своим правом от рождения.

Я снова взглянула на сообщение Энтони.Каждый инстинкт вопил о том, что нужно отменить встречу, выиграть время на раздумья. Я могла сослаться на мигрень, на внезапную проблему с мероприятием, на что угодно, лишь бы не сидеть сегодня напротив него, храня эту тайну.

Но именно поэтому я должна пойти.

Эта мысль укоренилась окончательно, пока я рассматривала свое отражение в зеркале ванной. Я выглядела прежней — идеально уложенные волосы, ни намека на утреннюю тошноту, мучившую меня последние дни. Никто бы не догадался, что под моей маской невозмутимости всё рухнуло.

Пальцы зависли над экраном. Ведь именно этим я и занимаюсь, верно? Превращаю сложности в преимущества, нахожу рычаги давления там, где никто не ожидает.

Я подумала о Белле: беременность настолько крепко связала её с семьей ДеЛука, что никто больше не ставит под сомнение её присутствие во внутреннем круге. Даже самые параноидальные капо Маттео теперь принимают её, видя лишь любимую жену, вынашивающую следующее поколение.

Могла ли я сыграть ту же роль в империи Калабрезе? Стать не просто амбициозной любовницей, но матерью наследника — той, кого нужно оберегать, кому нужно доверять, кого необходимо посвящать в дела.

Тошнота подступила снова, но я подавила её. Сейчас не время для слабости. В голове эхом прозвучал голос Марио:«Лучшее прикрытие — то, которое люди придумывают сами, мой юный стратег. Позволь им видеть то, что они хотят увидеть».

Я взяла телефон и напечатала твердыми пальцами: «Не могу дождаться. Бронь на 8? Красное платье в химчистке, но у меня есть кое-что другое. Тебе понравится».

Его ответ пришёл мгновенно: «Машина заберет тебя в 7:30. Не заставляй меня ждать».

Раньше этот командный тон раздражал бы меня, но теперь он лишь подтверждал, что я делаю правильный выбор. Энтони Калабрезе любил чувствовать контроль — поэтому он никогда не задавался вопросом, почему элитный организатор так жаждет греть его постель.

Мужчины вроде него всегда недооценивали женщин, которыми, как им казалось, они владели.

Я встала, позволив шелковому халату скользнуть к нога и направилась к гардеробной. Точно не красное платье — это было бы слишком очевидно, выдавало бы явное желание угодить. Вместо этого я выбрала черное платье от Версаче, в котором выглядела дорого, но не отчаянно.

Вырез достаточно консервативен для деловогоужина, но то, как ткань облегала изгибы, оставляло мало простора для воображения.

Идеально для женщины, которая якобы не знает, что носит его наследника.