Книга Безмолвные клятвы, страница 95 – Аймэ Уильямс

— Семью? — Джонни рассмеялся, звук отразился от каменных стен, как битое стекло. — Вы женаты два дня. Что ты знаешь о семье?

— Я знаю, что настоящая семья выбирает друг друга, — Пять секунд. Я сменила вес, готовясь двигаться. — Кровь — это просто генетика. Любовь? Это выбор.

Понимание осенило лицо Джонни ровно в тот момент, когда таймер достиг нуля. Я нырнула за угол, когда взрыв сотряс тоннель, контузия спёрла моё дыхание, пока я откатывалась от падающих обломков. Многовековой камень и земля каскадом обрушились, оборвав на полуслове крик Джонни.

Сквозь оседающую пыль я услышала, как он кашляет, беснуется.

— Ты, чёртова сука! Я найду тебя! Я заставлю тебя смотреть, пока убиваю их обоих — твоего драгоценного мужа и его ублюдочную дочь!

— Нет, — Мой голос пронёсся над звуком осыпающихся обломков. — Не найдёшь. Потому что мой отец научил меня ещё одной вещи, Джонни, — Я сделала паузу, думая о последнем уроке папы — том, которому он научил меня без слов. — Он научил меня, что настоящая власть — это не насилие, не территория и не кровь. Это любовь. Это семья. Это то, что мы сделаем, чтобы защитить людей, которые выбирают нас.

Его ответ потонул в ещё одном грохоте падающего камня, но я уже бежала, следуя за аварийными огнями к выходу. Мои лёгкие горели от каждого вдоха, каменная пыль покрывала горло, но я не замедлялась. Не тогда, когда Маттео истекает кровью, не тогда, когда Бьянка всё ещё слаба от наркотиков, не тогда, когда всё, за что мы боролись, висит на волоске.

Я выбралась в предрассветную темноту и обнаружила, что команда безопасности Маттео ждёт, оружие нацелено на тела, которые когда-то были людьми Калабрезе. Этот вид должен был меня ужаснуть: люди, которым я, вероятно, подавала напитки на своей свадьбе, теперь остывали в грязи. Вместо этого я почувствовала лишь облегчение.

— Миссис ДеЛука, — Антонио помог мне сесть в ожидающийSUV, к Маттео и Бьянке на заднее сиденье. — Всё чисто?

— Джонни отрезан по ту сторону примерно десятью тоннами камня, — Я придвинулась к мужу, сразу проверяя его повязки. — Он, конечно, выберется рано или поздно, но...

— Но нас уже и след простынет, — Маттео притянул меня к себе своей здоровой рукой, прижимая губы к моему виску. Кожа его всё ещё горела от лихорадки, но глаза ясные, когда встречаются с моими. — Ты невероятная, восхитительная женщина.

— Я училась у лучших, — Голос дрогнул, когда события ночи настигли меня. Монастырь, смерть Романо, ловушка Джонни, кровь Маттео, всё ещё запекания на моих руках. — У вас обоих.

Со своего места Бьянка протянула руку, чтобы сжать мою ладонь. Слова были не нужны: в том тоннеле мы выковали нечто более сильное, чем кровь, нечто, что нельзя сломать секретами, ложью или тестами ДНК.

— Куда едем? — спросил Антонио с переднего сиденья, пока мы мчались навстречу рассветающему небу.

Здоровая рука Маттео нашла мою, его обручальное кольцо впивалось в мою ладонь, словно обещание.

— Домой, — просто сказал он. — Вези нас домой.

Пока свет рассвета окрашивал небо в оттенки золота и багрянца, я думала о том, сколько значений может иметь это слово. Дом — это не просто место, это люди, это доверие, это любовь, несмотря на тьму. Или, может быть, благодаря ей.

SUV мчался к безопасности, пока солнце поднималось позади нас, превращая монастырь лишь в тёмный силуэт на фоне утреннего неба. Возможно, мы и сбежали из его древних стен, но я знала: секреты, похороненные там, последуют за нами. Некоторые истины отказываются оставаться погребёнными, сколько бы камней ты на них ни навалил.