Книга Отец парня. Ты моя страсть, страница 95 – Елена Смелина

– Аня… ты ведь понимаешь, что одна тебе будет… сложно. Очень. Мы постараемся помочь, но мы не молодеем. И если Сергей готов взять ответственность…

– Мама, – перебиваю я тихо, – я слышу. Правда. Просто… я не могу сказать «да», когда сама не понимаю, кто я вообще сейчас.

В комнате становится тише. Почти пусто.

Папа кивает – наверное, единственный, кто действительно понял, что я сейчас сказала.

– Мы дадим тебе время, – произносит он. – Но, Ань… поговори с ним. Ему тоже нелегко.

Я почти усмехаюсь. «Нелегко» – слово слишком мягкое для всего, что стоит между мною и Сергеем.

– Я поговорю, – обещаю. Не знаю когда. Но обещаю.

Мне нужно выйти. Просто выйти – чтобы не думать, что в трёх комнатах этого дома уже не хватает воздуха.

Коридор пустой. Свет тусклый. Я натягиваю пальто, шарф, спускаюсь по лестнице, будто под ногами нет ступеней.

На улице пахнет мокрым железом и чем-то терпким, осенним. Ветер режет щёки.

Я делаю пару шагов – просто чтобы идти куда-то, где меня никто не трогает и не ждёт ответа.

Телефон вибрирует в кармане.

Экран вспыхивает.

«Я возле дома. Если хочешь – выйди».

Сергей.

Я закрываю глаза. Так быстро. Так скоро. Я даже не успела прочитать себя внутри.

Пальцы сами пишут:

«Я вышла».

Ответ приходит почти сразу:

«Стой, я к тебе подойду».

Я слышу шаги по мокрому асфальту еще до того, как вижу его.

Он выходит из-за угла – высокий, в темном пальто, с тем выражением лица, которое больше всего похоже на правду: усталость, решимость и что-то ещё. То, что мне страшно распознавать.

– Привет, – говорит он тихо.

– Привет.

Мы стоим всего в трёх шагах друг от друга, но расстояние между нами – как километры.

Он смотрит внимательно, изучающе.

– Ты…думала? – осторожно спрашивает он.

– Да.

– И?

Я делаю вдох.

Грудь сжимается.

Руки дрожат – он сразу замечает, но не приближается, хотя я вижу, как пальцы чуть дернулись.

– Сергей… – начинаю и чувствую, как горло сжимает, – я правда думаю. Но я не могу ответить сразу.

Он кивает. Не отводя глаз.

– Я понимаю.

И вдруг на лице мелькает что-то похожее на боль. Настоящую. Не ту, что мужчины обычно прячут.

– Я буду ждать, – говорит он. – Столько, сколько нужно. Но… – он делает шаг ближе, медленно, – только одно скажи. Ты не исчезнешь?

Слова ранят точнее ножа.

Исчезнуть – это то, что я делала всё последнее время. Пряталась. Молчала. Замерзала внутри.

– Нет, – шепчу я. – Не исчезну.

Лёгкое облегчение проскальзывает в его взгляде. Очень лёгкое. Почти незаметное.

– Хорошо, – произносит он. – Тогда… когда будешь готова – просто скажи мне. Любой ответ. Я приму.

Фраза, которая могла бы быть красивой, если бы не была такой тяжелой.

Мы стоим молча, пока ветер не заставляет меня поежиться.

Он замечает:

– Пойдём в дом? Ты замерзла.

Я качаю головой.

– Нет. Я ещё немного погуляю.

Он смотрит долго. Словно проверяет – не упаду ли я прямо сейчас.

Потом кивает.

– Я пойду. Но… – взгляд становится мягче, – если станет плохо, позвони. В любое время. Я приеду.

– Хорошо.

Он разворачивается и уходит по дорожке.

Я смотрю ему вслед и понимаю, что вместо легкости после разговора стало только тяжелее.

Он ждёт.

Родители ждут.

Ребёнок – он тоже ждёт.

И только я всё ещё не знаю, куда идти.

Я разворачиваюсь к дому и в ту же секунду, прежде чем сделать шаг, боковым зрением ловлю движение у крайнего подъезда.