Книга Развод. В логове холостяка, страница 17 – Ксения Хиж

- Да, конечно. – Борис сглотнул слюну. Перед глазами пухлыегубы. Яркие, красные, точно бутон малинки.

- Губы тонкие, ну такие бледной полоской. Прям нет почти их. Тонюсенькие.

Полицейский черканул в блокнот.

- Так-с…Глаза?

- Глаза… - Борис вспотел. Провел влажными ладонями по штанам. Его жмуры так не тревожили, как описание этой…- Ну глаза…такие…

Вспомнил четко: лысая некогда брюнетка смотрела на него и Людку большими круглыми от страха коричнево-зелеными глазами. Чистыми и яркими, как кофейное зерно на золотистом блюдце. – Кажется голубые.

- Голубые? Или кажется?

- Нет точно, голубые!

- Волосы?

- Так она лысая. Ну, рыжие были, кажись. Нос прямой, лоб прямой.

Мужчина усмехнулся.

- А что, бывает непрямой?

И подняв голову, посмотрел на Бориса. Смущенно опустил взгляд. Потому что непрямой – это как раз про Бориса. Ямка по середине лба у него. Глубокая.

- Возраст?

Борис задумался. По телеку передавали, что ей тридцать с хвостиком. Тридцать восемь точнее – хвостик длинный. Этой на вид около тридцати, ну, потому что худая и лысая, точно младенчик…

- Лет двадцать примерно. Не больше, думаю.

- Да? А Радислав Георгиевич говорил, что женщина, лет тридцать – тридцать пять.

- Так вас налысо побрей и не корми неделю нормальной пищей, тоже, небось, состаритесь. Я ж говорю, что видел и не раз!

Борис заржал, а полицейский лишь сощурился, чуть улыбнувшись левым уголком губ.

- Спорное утверждение, но да ладно, оставим пока так. Наши люди все равно чуть позже допросят ее, как будет разрешено. Все-таки по повреждениям похоже, что ее сбил автомобиль, да еще и переместили тело, думая, что мертва. Выкинули в море или что там произошло…На лодочной станции как оказалась? Вопрос…А дорог там рядом нет, глушь, да леса, да скалы. А она в машинном масле. В общем, дело темное. А это уголовная ответственность, статья.

- Статья, ага.

- И дача ложных тоже статья, - добавил зачем-то.

Борис гаркнул что-то нечленораздельное. Вытер со лба испарину.

- А я не вру.

- Хорошо, - полицейский наконец захлопнул папку. – Сегодня же дадим ориентировку. Спасибо и на этом. Пробьем по сводкам, может, найдется кто, кого ищут по подходящим параметрам.

- Ага, - Борис сглотнул слюну, чувствуя, как по вискам течет пот. Бисеринки пота вот-вот норовились скатится ему на глаза. – Вам спасибо. Мы всей больницейза нее переживаем и ждем, что родственники найдутся.

- Дай Бог, так и будем. До встречи.

Полицейский развернулся и зашагал по коридору к двери с яркой горящей вывеской «Выход», а Борис прислонился к стене и чуть не сполз вниз. Сердце бешено отстукивало самбу, но, кажется, у него все получилось.

Первое: мать будет в восторге, когда узнает!

Второе: он уверен, что это его сестра. И она, коза такая, неплохо устроилась!

И третье: даже если она ему никто, он за нее сам выкуп попросит у ее богатого муженька!

До места назначения добрался без приключений, хотя обычно на подъезде к дому – в маленький полузаброшенный посёлок в пятидесяти километрах от райцентра, машина вязнет в грязи. Дорогу давно размыло – бесконечные дожди сделали свое дело и в паводке и бесконечной ряби воды, косые одноэтажные постройки смотрелись убого. Выделялся в неровном строю хибар их с матерью дом – пристроенный когда-то второй этаж – был чуть ли не единственной высокой точкой в округе.