Книга Развод. В логове холостяка, страница 20 – Ксения Хиж

Точно!

Бам! Бампер заскрипел, руль крутануло вправо, а машина вдруг пошла юзом.

Руслан чертыхнулся, выкручивая руль и давя на педали. Но аварии уже было не избежать…

…Рус зашипел от боли, что скрутила все его внутренности в тугой узел. Может зря он отказался от каталки и упрямо пошел сам. Говорят, от его новенького внедорожника не осталось и следа. Чудо, что сам выжил и почти без травм.

С виду Руслан казался довольно целехоньким, а вот внутри горел огонь из боли и злости на самого себя. Знал ведь, что непогода разыгралась не на шутку, слышал, что ночью ожидается сильный ливень и все равно поехал в эту глушь.

- Сейчас на рентген и анализы. Голова кружится? Мутит? – Радислав Георгиевич прикоснулся к его плечу и заглянул в глаза. Руслан проморгался. Оказывается, он словно выпал на минуту из реальности. Голова действительно кружилась, а сам он еле стоял на ногах.

- Вот опять вы у нас! Ну надо же так! Вас скорая привезла к нам, хоть и мест нет! – покачал головой врач. – Но для вас найдем!

- В коридоре? – пискнула сестра Людмила.

- Людочка, вы что такое говорите? – главврач укоризненно мотнул головой.

- Но свободных мест нет, - проблеяла она опять. Руслан скосил глаза в ее сторону, но сфокусировать зрение не удалось. Черт! А дела-то плохи!

- Ничего, Людмила, мы что-нибудь придумаем. Для Руслана Сергеевича всегда найдется место, а помощь ему нужна безотлагательно. На улице настоящий ливень, непогода продлится всю ночь, до утра не ждать иной помощи, а в большой город до больницы не добраться. Наше скромное заведение единственное в округе способное помочь.

Главврач взял медсестру под локоток, с силой сжал пальцы.

- Ты вообще в курсе кто это? Это сын нашей уважаемой Любови Дмитриевны.

- Так я знаю же! – Людмила закусила губы, стрельнула глазами в красивоговысокого и сильного мужчину, что сел на скамейку и зажмурился от боли.

- Где есть места? – кивнул Радислав Георгиевич.

Людмила нервно повела плечом.

- Только в третьей палате. Где наша неизвестная нежилец. Там же есть койка у окна. Только там.

Руслан вскинул голову, продолжая сидеть, скрутившись от боли на кушетке. Тело отзывалось тупой болью, глаза слезились, голова медленно заполнялась тугим туманом.

Врач вздохнул, переглянулся с молоденькой медсестрой.

- Ладно, черт с ним! Давай к лежачим.

- То есть к этой?

- К ней.

- Ей стало хуже, - заметила Людмила, между прочим. – Снова не приходит в себя. Может ей осталось несколько дней, кто знает?

- Люда? Как ты можешь так говорить? – одернул ее главрач, краснея.

- А что я? Первый раз такие поломанные у нас что ли.

Медсестра нахмурилась. Неизвестной пациентке и вправду прошлой ночью снова стало плохо. Уже сутки она не реагирует ни на свет, ни на зов. И больше не говорит во сне ни слова. Вообще не шевелится.

- К ней давай. Куда деваться.

Руслан нахмурился. Кто-то и встать не может, а он еще, считай, легко отделался.

- В третью палату? – спросил тихо.

- Да. Туда. На ночь, а к утру что-нибудь придумаем!

- Ничего. Не страшно! Вот видите, я все-таки узнаю тайну палаты номер «три»!

Пока он сдавал анализы и проходил рентген, для него подготовили койку в палате. Врач извинился тысячу раз за неудобное соседство, но заверив, что это только до утра, удалился на обход.

Руслану было плевать до утра или до вечера, надолго он оставаться в этой унылой больнице не собирался. Если бы не гнусное стечение обстоятельств, он бы никогда не возлежал здесь, но так распорядилась судьба.