Книга Тридцать оттенков выбора, страница 27 – Кэти Андрес

— Мам, ну пошли скорее!

Всех наших детей забрали на плащадку. Ими будут заниматься и следить воспитатели и нянечки. Мы же расположились на уютной полянке с креслами-мешками, и я вынуждена признать – не так уж всё и плохо.

Кресло-мешок, оказывается, не так уж плох – он принимает форму тела, обволакивает, словно заботливые руки. Свежий воздух проникает в лёгкие, и мысли становятся яснее, чем в душном офисе.

Смотрю, как коллеги непринуждённо общаются под деревьями, как кто-то делает презентацию на фоне природы – и понимаю, что в этом есть своя прелесть. Никакой офисной суеты, никаких строгих костюмов – только мы, работа и природа.

А там, на площадке, мои малыши наверняка счастливы. И я счастлива – от того, что могу быть рядом с ним, пусть даже и работая. Кто бы мог подумать, что я, заядлая офисная крыса, полюблю такую форму работы?

Открываю ноутбук, свою книгу и начинаю ее редактировать, переписывая то, о чем говорил мне Александр. И... показывал.

Первые фразы даются с трудом, но постепенно слова складываются в предложения, а предложения – в сцены. И тут происходит странное – я словно погружаюсь в происходящее, становлюсь той самой героиней.

Её прикосновения, его дыхание, шепот, который становится всё тише и тише… Пальцы летают по клавиатуре, а я уже не замечаю ничего вокруг. Каждая деталь, каждое движение, каждый вздох – всё становится таким реальным, таким осязаемым.

Чувствую, как учащается дыхание, как кровь быстрее бежит по венам. Экран расплывается перед глазами, но я продолжаю писать, не в силах остановиться. Эмоции захлёстывают волнами, уносят куда-то далеко, туда, где реальность сливается с вымыслом.

Мое сердце колотится, становится трудно дышать, а между ног становится влажно, когда я начинаю описыватьвозждение героини, возбуждаясь сама.

Когда пальцы наконец замирают над клавиатурой, я долго не могу прийти в себя. Экран показывает законченную сцену, но я всё ещё там, в том мире, который сама же создала. Чувствую, как горят щёки, как сердце колотится где-то в горле.

— Офигеть, я как будто, только что сексом с тобой занялся – вдруг услышала голос Александра возле уха и чуть не свалилась с мешка.

— Вы... ты... Давно тут? – смотрю на него и вижу как тот бегает глазами по строчкам моей книги, удерживая одной рукой мой ноутбук.

— Да около часа где то, когда закончили – ответил он, не смотря на меня.

— Закончили? — переспросила я, окидывая взглядом опустевшую поляну. Действительно, кроме нас с боссом здесь никого не было. — Куда все разошлись? — спросила я, пытаясь скрыть нотку беспокойства в голосе.

— Наверное, уже шашлыки жарят вовсю, — наконец произнёс босс и посмотрел на меня. В его голосе проскользнула едва заметная ирония. – Я видел как твой муж пошел туда с бутылкой пива.

— А почему мы здесь остались? — спросила я напрямик, чувствуя, как внизу живота натягивается тугой узел.

Босс помедлил с ответом, его взгляд скользнул по моему лицу, задержавшись на мгновение дольше, чем требовалось.

— Я звал, но ты так была увлечена сексом со мной, что не слышала никого вокруг, — его слова прозвучали настолько неожиданно и грубо, что я буквально оцепенела.

Лицо тут же залило краской, а сердце, казалось, пропустило несколько ударов. Кровь прилила к щекам, и я почувствовала, как дрожат мои руки.