Книга Смерть негодяя, страница 47 – Мэрион Чесни Гиббонс

– Нам надо поговорить с миссис Форбс-Грант, – сказал суперинтендант. – Пригласите ее, Макферсон. Как только эта женщина войдет, я немедленно обвиню ее в тайной связи с капитаном Бартлеттом.

– Думаете, это хорошая идея? – с опаской спросил Хэмиш. – В наши дни мало кто стыдится измен. Если будете держаться с ней дружелюбно, она и сама все расскажет.

Суперинтендант пошуршал стопкой документов и затем негромко произнес:

– Возможно, вы правы.

Хэмиш облегченно выдохнул. Иногда он задумывался, сколько же убийц избежало наказания исключительно из-за борьбы за власть в полиции.

Из-за двери послышалась перепалка. Похоже, Фредди Форбс-Грант настаивал на своем присутствии во время допроса жены, но констебль Макферсон решительно отказал ему в этом.

Суперинтендант встал с кресла, чтобы помочь Макферсону, однако тот уже завел Веру в кабинет.

Она единственная надела траур. На ней был строгий черный костюм, который подчеркивал ее фигуру, и жемчужное ожерелье, а густые осветленные волосы аккуратно уложены. Обвисшая кожа на шее и печально опущенные уголки полных губ совершенно не портили ее. По мнению Хэмиша, она все еще была очень сексуальной женщиной. Ее большие голубые глаза умоляюще глядели на суперинтенданта.

– Не думаю, что продержусь долго, – произнесла Вера хрипло. – Убийство само по себе ужасно, но рассказывать о нем снова и снова еще хуже.

– Мы вас не задержим, – успокаивающе сказал Чалмерс. Он зачитал ее прошлые показания, а затем осторожно заметил, что был удивлен, почему же она не рассказала мистеру Блэру об инциденте на приеме.

– Я наврала ему, – с вызовом заявила Вера. – Он только и делал, что кричал на меня, поэтому я и решила ничего ему не рассказывать.

– Прощу прощения за его поведение от лица полиции Стратбейна, – ответил Чалмерс. – Теперь никто не будет на вас кричать. Вы очень ценный свидетель. Расскажите, что же стало причиной той сцены?

– Когда я выплеснула капитану в лицо джин?

– Да.

Вера прикусила нижнюю губу.

– Понимаете, он грубо отозвался насчет моих волос, – сказала она. – Мол, мне стоило бы подкрасить корни. А я тогда уже очень устала и была на взводе. У меня не очень крепкие нервы. Когда я облила его, мне тут же стало так стыдно, что я разрыдалась и убежала.

– А мисс Брайс и мисс Вильерс он тоже нагрубил? – спросил Хэмиш.

– Что?

– Как раз перед тем, как облить капитана джином, вы смотрели прямо ему в лицо и собирались поцеловать. Затем капитан что-то сказал. Вы пришли в ужас. Он повернулся и пристально взглянул на мисс Брайс и на мисс Вильерс, а потом окинул вас многозначительным взглядом и подмигнул. Вот что произошло перед тем, как вы облили его, – пояснил Макбет.

– Я не понимаю, о чем вы, – воскликнула Вера. На шее у нее проступали уродливые красные пятна.

– Миссис Форбс-Грант, – мягко начал Хэмиш, – мы ведь не полиция нравов, мы просто из полиции. Думаю, будет очень легко доказать, что у вас была интрижка с капитаном Бартлеттом. Но это уже ваше личное дело. Вы очень красивая женщина, и, должно быть, за вами частенько бегают мужчины.

Вера сглотнула, глядя на Хэмиша, который благожелательно ей улыбался.

– Фредди не знает, – сказала она. – И не должен знать.

– И не узнает. Если только это не имеет прямого отношения к убийству. Но было бы неплохо разобраться с этим. Ваше нежелание честно рассказать все – единственное, что вызывает подозрение. Сами понимаете.