Онлайн книга «Смерть негодяя»
|
– Понятия не имею. Видимо, хватило одного взгляда на тело. Все это просто ужасно. Еще в комнате обнаружили повешенного. – Повешенного?! – ахнула Присцилла. – Куклу. Кто-то смастерил вполне реалистичное чучело, даже снабдил его подкрученными усами, и подвесил над кроватью Веры. Пруни, не перестававшая плакать с того момента, как Присцилла вернулась домой, только сильнее зарыдала, раздражающе хлюпая носом. – Давай выйдем, – сказал Генри. – Нас позовут, когда потребуется дать показания. В саду ветер трепал рододендроны, окаймляющие подъездную дорожку. Высоко над головой сквозь черные рваные тучи плыла маленькая луна. – Я должен спросить тебя, – начал Генри. – Понимаю, еще одно убийство, мы в ужасе и все такое… но какого черта ты пошла ужинать с этим деревенским констеблем, да еще и вырядившись так? – Хотела проветриться, – ответила Присцилла. – Генри, ты не поймешь. Я согласилась встретиться с Хэмишем, потому что он мой старый друг и с ним легко. Знаю, что мне не стоило этого делать, и я вообще-то собиралась все отменить, но потом ты вдруг вылез со своей пресс-конференцией, и я не выдержала. Мне просто хотелось сбежать. Генри, ну как ты можешь силой гнать меня к журналистам ради очередной пары мутных снимков в газете? Генри вздохнул. – Ты еще так юна, Присцилла, – сказал он, невольно вторя Хэмишу. «Да что она знает, – думал Генри, – о том, каково это – годами ждать признания, осознавать собственный талант и видеть, как слава достается недостойным?» Присцилла относилась к его связям с коммунистами со сдержанным сарказмом, будто его интерес к ним был очередной данью моде. Но коммунисты переживали за Генри и верили в него. Генри внезапно ощутил тоску по былым денькам и сколотым чашкам с чаем в продуваемых репетиционных залах. Теперь он прославился, но ему не хватало атмосферы братства, царившей в экспериментальном театре, и нежной заботы и бескорыстной любви молодых девушек, готовых умереть на баррикадах, чтобы изменить мир. Он снова вздохнул. Иногда было сложно понять, что в жизни реально. На ярмарке ему на миг показалось, что он нашел свое место в жизни. Он ощутил себя частью чего-то большего. Теперь же все выглядело так, будто он попал в постановку какого-то мюзикла вроде «Бригадуна»[12]. Вслух же он произнес: – Хватит возиться с этим констеблем, Присцилла. Или же ты хочешь расторгнуть помолвку? – Да. Нет. Не знаю, – отчаянно ответила она. – Мама и папа были так рады, что мы обручились. – Хочешь сказать, что согласилась выйти за меня только потому, что сочла меня подходящим мужем? Так недалеко и до кринолина. – Мне сложно объяснить, Генри, – сказала Присцилла. – Не могу ни о чем сейчас думать. Кто все-таки убил Веру? – Она могла отравиться сама. – Мне кажется, нет. Она же гордилась тем, что, по ее мнению, сделал Фредди. – Думаешь, на самом деле Фредди не убийца? – Ну, Хэмиш думает, что нет. Генри набрал воздуха в грудь. – Пока ты не решишь окончательно разорвать помолвку, сделай одолжение – не упоминай этого человека при мне. * * * Тем временем Чалмерс говорил Хэмишу: – Убийство произошло ранним вечером. Оба они стояли в спальне Веры. Тело уже увезли в Стратбейн. – Похоже, она поднялась в свою комнату около семи вечера и начала визжать на весь дом. Все бросились наверх. Вера что-то бормотала себе под нос и указывала на манекен, висящий над кроватью. Она набросилась на остальных гостей и обвинила их в этом гнусном розыгрыше, выгнала всех и заперлась. Около восьми Диана поднялась в свою спальню, прошла мимо комнаты Веры и якобы услышала какой-то скрежет и хрип. На вопрос, почему она не позвала на помощь, Диана ответила, что просто подумала, будто Вера хочет привлечь к себе таким образом внимание. Все гости и хозяева дома теперь убеждены, что Вера покончила с собой. Но я так не думаю. Мне кажется, в тюрьме Стратбейна сидит не тот, кто нам нужен, а Бартлетта убил кто-то еще – а затем и Веру, потому что она слишком много знала. |