Книга Как выжить в книжном клубе, страница 66 – Виктория Дауд

Дверь в другую комнатушку была приоткрыта, и на мгновение мне показалось, что в тусклом свете промелькнула тень. Затем она исчезла. Нас преследовали фантомы, созданные воображением и страхами.

Какое зло обрушилось на этих несчастных? Я с юных лет поняла, что смерти безразлично, как мы прожили жизнь, она не подбирает для нас соответствующий финал. Нельзя судить о людях по их смерти.

Отвратительно. Ангелов заставили замолчать. Неужели это и есть объяснение? Что они видели? Знали ли эти двое, что привело их к столь мучительной смерти? Наверное. Могли они сделать это сами? Вряд ли. Усталые старики не решились бы покончить с жизнью таким ужасным способом. Кто-то с ними расправился.

— Их убили, — тихо сказала я.

— О, Шерлок проснулся, — презрительно фыркнула Мирабель.

— Но как? — ошеломленно спросила тетя Шарлотта. — Мы все время были вместе. И здесь никого нет, кроме нас, ведь правда?

От ее слов повеяло угрозой.

— Если бы здесь кто-то был, мы бы знали, — без особой уверенности сказала Мирабель.

— Пять — четыре в пользу живых.

— Не считая собаки.

— Заткнись, Урсула. Это некорректная статистика, — резко оборвала меня мама. — Со стороны можно подумать, что нас выводят из игры по одному.

Отчаявшись привести в порядок сумбурные мысли, я прибегла к приему, которому научил меня психотерапевт: щелкнула резинкой на запястье ровно шесть раз. Бесполезно. Как обычно, рука заболела, а в голове не прояснилось.

— Здесь не может быть никого, кроме нас, — сказала я. — Мы бы услышали. Или увидели.

— Ну почему же? В таком доме спрятаться — раз плюнуть.

Мама умела утешить.

Тетя Шарлотта театрально откашлялась.

— Давайте обсудим это где-нибудь в другом месте. Я сейчас упаду в обморок.

Она развернулась на пороге и вывалилась в коридор. Мы все попятились из комнаты, словно выходя из монарших покоев, не в силах повернуться спиной. Я осторожно закрыла дверь, и мы столпились в коридоре.

— Надо выяснить, от чего они умерли, — прошептала я.

— Кто их убил! — поправила меня тетя Шарлотта. — Ты хотела сказать, кто их убил.

— Думаю, мы приблизимся к разгадке, когда выясним, как и почему.

— Что?

— Как и почему, тетя Шарлотта.

— А нельзя ли сразу перейти к «кто»?

— Нет.

Пересчет

Мы просидели в гостиной у Ангелов, сколько смогли выдержать. Все полочки, столики и этажерки были загромождены остатками их жизни. Фотографии незнакомых нам людей, безделушки и сувениры, которые имели смысл только для них. Теперь ценные для Ангелов вещи превратились в ничто. За считаные мгновения все это потеряло смысл. Позолоченные чашка и блюдце с цветочками и надписью «Брайтонский павильон». Картина с изображением собачки, подписанная «Любимая Мими». Мими превратилась в прах, ее ценность испарилась вместе с их жизнями. Любимая Мими. Я посмотрела на портрет. Милая маленькая собачка — озорная, с блестящими глазками. Любимая собачка. Любимая Мими. В голове вертелось что-то связанное с собакой, но я не могла вспомнить.

— Собака! — крикнула я.

— Боже, где? Чертов Тре…

— Нет, мама. Любимая Мими, — прочла я.

Все молчали. Тетя Шарлотта посмотрела на меня с напряженным сочувствием, как будто опасалась нового нервного срыва.

— Любимая собачка на фото.

— Это картина, — поправила меня Мирабель.