Книга Как выжить в книжном клубе, страница 77 – Виктория Дауд

Стояла непроглядная тьма. Когда я свернула в левое крыло, мне вновь померещилось, что в углу промелькнула тень.

Дверь в спальню Джой была открыта, а сама комната перевернута вверх дном. Джой всегда поддерживала идеальный порядок на случай, если ее захотят ограбить. Похоже, это случилось посмертно.

— Эй, есть здесь кто? — неуверенно позвала я.

Не самый разумный ход, если убийца вдруг решил вернуться на место преступления. На входе в комнату я неожиданно для себя споткнулась о чьи-то ноги в армейских ботинках сорок пятого размера, которые могли принадлежать только Мирабель. Я хотела возмутиться: чего она тут разлеглась, как вдруг заметила, что мамина подруга подозрительно неподвижна, а вокруг головы растекается лужа крови.

— Этого только не хватало!

Конечно, не самые уместные слова, которые произносят над бездыханным телом, но, к счастью, Мирабель в ее состоянии не могла предъявить мне претензии. Я наклонилась и осторожно приложила пальцы к горлу. Все было в крови: волосы, лицо. Под щекой образовалась вязкая лужа. Должно быть, она потеряла много крови, причем очень быстро.

— Что это, черт возьми? — пропыхтела с порога тетя Шарлотта.

Она выглядела чересчур театрально. Правда, драмы хватало и в самой сцене, открывшейся нашим взглядам.

Я подняла глаза.

— Это Мирабель. По-моему, она мертва. Кажется, ее ударили сзади по голове.

— Не может быть!

Я отметила про себя, что тетя Шарлотта подозрительно быстро добралась сюда из правого крыла. Пока она приближалась, я на всякий случай не спускала с нее глаз.

Вдруг послышался стон.

— Мирабель? Мирабель!

Ответа не последовало. Пришлось прибегнуть к особым мерам.

— Тетя Мирабель?

Еще один стон, на этот раз гортанный и с ощущением, что вот-вот хлынет кровь.

— Она жива!

Тетя Шарлотта бросилась к нам, и у меня душа ушла в пятки. Любой испугается, увидев бегущую к нему тетю Шарлотту.

Я зачем-то прикрыла глаза. Поддерживая голову Мирабель, я чувствовала под рукой кровь. Когда я осмелилась приоткрыть дрожащие веки, то увидела, что тетя Шарлотта склонилась над потерпевшей и считает пульс.

— Пульс вроде бы в порядке. Давай уложим ее поудобнее. Только двигать не надо.

Из коридора послышались шаги и цокот коготков.

— Нет, Мистер Трезвон!

Появилась Бриджет. Собака с жадным волнением начала обнюхивать Мирабель.

— Бриджет, убери это недоразумение!

— Ах, малыш, эта злая девчонка…

— Сейчас же убери собаку! Убийца на свободе! Он может в любую минуту вернуться, чтобы прикончить жертву или твоего пса!

Мирабель застонала, открыла глаза и посмотрела на меня с таким презрением, что я поняла: она еще поживет.

Мирабель подняла руку.

— Не двигайся, — посоветовала ей тетя Шарлотта.

— Убирайся к черту, Шарлотта.

У Мирабель еще хватало яда. Она осторожно ощупала свой затылок и поморщилась.

— Я советую… — начала тетя Шарлотта.

— Плевать мне на твои советы. Я истекаю кровью. И уберите от меня эту придурочную собаку!

Бриджет бросилась вперед.

— Иди к мамочке, малыш!

— Убери его немедленно!

Бриджет схватила собаку и чопорно просеменила к выходу.

Мы внимательно наблюдали за тем, как Мирабель приняла сидячее положение, по-прежнему не открывая глаз. Когда она тряхнула головой, на ковер упало несколько капель крови. Она не отрывала руки от затылка, будто пытаясь удержать голову на месте.