Онлайн книга «Птичий остров»
|
Круглые гранитные стены казались на первый взгляд голыми, но потом я увидела едва заметные очертания арматуры, которой уже не было, призрачные силуэты старых механизмов, которые раньше стояли в маяке и выполняли какие-то давно забытые функции. Сейчас здание опустело и эта пустота ощущалась почти физически. Я вернулась в комнату, где ночью обнаружила Уилла. Несмотря на жутковатые фото маяка на стенах, оказалось даже приятно иметь личный уголок, о котором никто не знает. Я села за стол, открыла пакетик чипсов, а потом мой взгляд упал на вахтенный журнал, который так и остался открытым. 12 ноября 1972 г. Вчера вечером на Птичий остров опять налетел ужасный шторм. Худший за последнее время. Да что там последнее время – я такого лет двадцать не видел. Я всерьёз боялся, что ставни просто сорвёт с петель, но, к счастью, утренний осмотр показал, что маяк не повреждён – не считая проклятущих угрей, которые опять пробрались в трубы. Они просто зверски суровые – я однажды видел, как один перекусил в гавани металлическую цепь. Но их всё равно надо как-то вылавливать. Впрочем, куда больше, чем угри, меня беспокоит состояние Хартли. Когда мы только приехали, он казался довольно смирным, но сейчас… Вчера вечером он клялся, что слышал, как кто-то ходит по Комнате посторонних, а с утра вышел на улицу и начал орать благим матом на олуш. По-моему, он бы убил всех этих птиц до последней, если бы мог. У меня просто кровь стыла в жилах. За завтраком он уже вёл себя совершенно нормально, но в каком-то смысле от этого даже хуже. Эти перепады настроения жутко пугают. Не самая лучшая черта для смотрителя маяка. Когда работаешь с прожектором, рядом нужен спокойный, уравновешенный человек. 1:00 Так, а теперь я уже боюсь, что и сам схожу с ума! Сегодня вечером опять была ужасающая погода, так что мы с Хартли обошли все комнаты, чтобы убедиться, что ставни крепко закрыты, а потом я прошёл мимо кухни – которую проверил буквально за пару минут до этого – и увидел, что ставни на одном окне почему-то снова распахнуты. А потом я увидел такое, что у меня кровь застыла в жилах. К стеклу прижимались две маленькие ладони. Я застыл на месте и долго таращился на них. Это точно был не Хартли: я слышал, как он зовёт меня со второго этажа. К тому же эти руки были слишком маленькими, а кожа на них слишком бледной. Кто-то ещё каким-то образом добрался до Птичьего острова. Я напряг глаза, чтобы разглядеть лицо или очертания, но видел только руки, прижатые к стеклу, – они словно умоляли, чтобы их впустили. Не могу объяснить, почему при виде их меня охватил такой ужас. В конце концов, это всего лишь руки – но они были настолько белыми в сравнении с тёмной ночью за окном, что это казалось ужасным, неправильным. Неестественным и жутким. А потом они вдруг исчезли, я вздрогнул и пришёл в себя. На Птичьем острове есть кто-то ещё, и он совершенно беззащитен перед бурей. Ему нужна помощь. Проигнорировав Хартли, я надел штормовку и вышел наружу, под бушующий ветер. Какая жуткая сила! Дождь хлестал в лицо, ветер пытался сорвать с меня плащ, а соль словно заполнила лёгкие, не давая дышать. Я с трудом доплёлся до кухонного окна, ожидая увидеть лежащее под ним тело, но никого не было. Вообще никого и ничего. Море явно хотело убивать, так что мне пришлось вернуться обратно. |