Книга Сожженные тела на станции Саошулин, страница 261 – Юнь Хуянь

Чжоу Липин поднял руку и потер глаза, пытаясь скрыть мучительную боль от прилива крови к голове… В том, что его план раскрыли, не было ничего страшного: значит, нашелся кто-то умнее; но противник раскопал даже самые потаенные его мысли – это унижение причиняло невыносимую боль.

Хуянь Юнь видел его состояние, но должен был закончить:

– Потому что ты видел телефон, которым он пользовался. Я не специалист по iPhone, но даже iPhone 8все еще не решил проблему с автоотключением при низких температурах… Для дрожащего той ночью в холодильнике Чжан Чуньяна это оказался действительно смертельный баг.

Все.

Это конец.

Все кончено.

Все его планы той ночи, сдержанность и терпение за две недели под арестом – все сейчас рушилось, как прорванная наводнением дамба…

Нельзя сдаваться, нельзя капитулировать, потому что еще не время!

Тяжело дыша, он несколько раз сглотнул, немного уменьшив жгучее ощущение в носу, снова поднял тяжелую голову, даже выше, чем раньше:

– Ну и где твои доказательства?

На мгновение он обрадовался, потому что не только четко увидел детское лицо напротив, но и впервые за весь вечер заметил на нем тень разочарования.

– Так где, черт возьми, твои доказательства? – Он сделал шаг к Хуянь Юню, злобно повторив вопрос.

Хуянь Юнь опустил веки, сложил губы в трубочку и тихо выдохнул.

– Все, что я сказал, – чистая дедукция, без единого доказательства. – Он снова посмотрел на Чжоу Липина. – Я пытался найти улики, например твои отпечатки на рубильнике, но не обнаружил. Даже в такой напряженной ситуации ты не забыл их стереть, и я действительно восхищаюсь твоим хладнокровием, решимостью, продуманностью и невероятной силой воли. Для детектива сделать выводы, но не иметь доказательств – это провал, это неубедительно, и я глубоко сожалею об этом.

Чжоу Липин холодно усмехнулся.

– Я закончил, но есть два вопроса, которые я никак не могу понять, надеюсь, ты ответишь, – не останавливался Хуянь Юнь.

Чжоу Липин молчал.

Хуянь Юнь продолжил:

– Первый: зачем ты переставил Spyker? На нем не нашли никаких улик против тебя, и ты должен был понимать, что как бы ни был хорош трюк с поиском под фонарем, рано или поздно полиция его найдет. Подняться на Саошулин, сделать круг и вернуться в переулок требовало времени, а в ту ночь для тебя не было ничего ценнее его.

Ответа не последовало.

Хуянь Юнь горько усмехнулся:

– На второй вопрос ты тем более не ответишь, наверное… После ареста ты мог рассказать о перемещении тела Чжан Чуньяна, и полиция быстро бы тебя отпустила, но ты молчал. Конечно, ты говорил, что Син Цишэн обещал помочь с пропиской Дун Юэ, если ты сохранишь тайну Тао Жояо, но, по-моему, это полная чушь… Я не понимаю, почему ты предпочел сидеть в СИЗО в наручниках и кандалах, не используя эту ложь для освобождения, но вдруг рассказал обо всем несколько дней назад.

Снова молчание.

– Не хочешь говорить – ладно, но я хочу добавить еще кое-что. – Хуянь Юнь серьезно посмотрел на него. – И Син Цишэн, и Чжан Чуньян были полными негодяями и мерзавцами, они использовали свою власть и положение для злодеяний, грабежа, беззастенчиво нарушая права и даже отнимая жизни невинных… Но, Чжоу Липин, помни: справедливость в обществе нельзя устанавливать самосудом. Десять лет назад убийство Фан Чжифэна можно было считать самообороной, но не в этот раз – теперь ты намеренно убил беспомощных людей! Твои действия заслуживают осуждения и непростительны!