Книга Сожженные тела на станции Саошулин, страница 94 – Юнь Хуянь

Вернувшись в допросную, помощник следователя начал первым:

– Чжоу Липин, тюрьма тебя многому научила, да? Научился увиливать, жертвовать пешкой ради ферзя. Хорошо, раз говоришь, что просто подрался, рассказывай: где, с кем дрался, кто видел, все по порядку, без лишней болтовни – у тебя может и есть на это время, а у нас – нет!

Чжоу Липин посмотрел на него и промолчал.

Очевидно, отказываясь отвечать на вопросы помощника следователя, Чжоу Липин давал понять полиции, что реагирует на доброе отношение, но не на грубость.

Главный следователь заговорил:

– Чжоу Липин, ты уже не тот школьник, что раньше. Ты должен понимать, что молчание не решит проблему. Не думай, что если не дашь показаний, полиция ничего не сможет с тобой сделать. Даже если ты откажешься отвечать на наши вопросы, мы все равно можем возбудить против тебя уголовное дело по статье 53 Уголовно-процессуального кодекса. Так что лучше честно расскажи, где ты был вчера вечером, с кем дрался, есть ли свидетели или улики – мы проверим, правда это или ложь. Правительство не отпустит преступника, но и не обвинит невиновного.

Чжоу Липин посмотрел на него и медленно сказал:

– Вчера около одиннадцати, в парке на перекрестке улицы Синьюй. Вот синяк на моей щеке – сойдет за вещественное доказательство?

Из-за ограничивающей панели он не мог поднять руку, но повернул голову – впрочем, даже без этого движения темно-багровая гематома на щеке была хорошо видна… После ареста Чжоу Липина полиция сразу заметила его травму, и Ду Цзяньпин специально опросил всех участвовавших в задержании коллег, но никто не признался, что бил Чжоу Липина по лицу. При задержании преступникам часто наносятся травмы и посерьезнее, полиции приходилось закрывать на это глаза, но они и подумать не могли, что правда окажется такой.

– С кем дрался?

Чжоу Липин поднял брови:

– Разве не поэтому вы меня арестовали?

– Мы хотим, чтобы ты сам сказал, с кем дрался.

Чжоу Липин назвал имя, которое поразило и Линь Фэнчуна в допросной, и Ду Цзяньпина за стеклом!

Ду Цзяньпин немедленно послал подчиненного проверить.

Вскоре тот вернулся с подтверждением: человек, с которым дрался Чжоу Липин, признал факт драки, время и место полностью совпадали.

– И почему он не сказал об этом при аресте? – раздраженно пробормотал Ду Цзяньпин, затем сообщил в микрофон: – Проверено, драка, о которой говорит Чжоу Липин, действительно была, но она произошла около одиннадцати, а убийство на Саошулин – в половине одиннадцатого, так что это не может служить алиби. Продолжайте допрос.

Следующие вопросы главного следователя были не по существу… После нескольких безрезультатных раундов он напоминал льва, готовящегося атаковать носорога, – не знал, с какой стороны подойти и какой силы сопротивления ожидать, поэтому его натиск заметно ослаб. Помощник следователя тоже понимал, что угрозы на Чжоу Липина не действуют, и просто сидел в качестве мебели. Линь Фэнчун понял, что так дело не пойдет, и внезапно обратился к Чжоу Липину:

– Чжоу Липин, ты меня помнишь?

Глядя на усатого полицейского, который все время молчал, Чжоу Липин медленно кивнул.

– Два года назад, во время «Инцидента с поиском оружия», мы беседовали в отделении. Хотя у тебя не было алиби, но и у нас не было доказательств, что пистолет украл ты, поэтому после разговора мы тебя отпустили – ты наверняка помнишь. – Линь Фэнчун смотрел ему прямо в глаза. – Возможно, ты думаешь, что полиция арестовала тебя из-за предвзятого отношения, но факты доказывают обратное. Мы полагаемся только на доказательства. Раз мы тебя арестовали, значит, у нас есть серьезные улики против тебя. Но мы хотим, чтобы ты сам признался, дал себе шанс искупить вину. Если ты этого не делал, тоже говори прямо, чем раньше прояснится, тем раньше выйдешь. Я уверен, что ты, как и мы, предпочел бы пореже встречаться при жизни.