Книга За витриной самозванцев, страница 29 – Евгения Михайлова

— Увидим, — туманно произнес Ильин. — Будем на связи.

Прошло всего два дня, а ситуация не просто изменилась. Еще не появились открытия и факты, но Алиса ступила в полосу взволнованного смятения, постоянно ощущая движение приближающихся событий. Она, кажется, забыла о том, как почти год стыла в трясине неведения, тосковала и страдала от собственной глухоты и слепоты и мучилась в бесплодных попытках найти способ, который открыл бы хоть какую-то дверь или форточку, за которой может прятаться правда о пропавшей Свете.

Сейчас Алису постоянно трясло. Ей страшно было покинуть темную и тупую трясину, с которой вроде смирилась. Так все вдруг изменилось. Алиса каждым нервом и кожей чувствовала, что они что-то узнают, увидят. Что они найдут Свету. В идеале живой и невредимой. Думать о другом варианте — нет никаких сил. Но любой результат лучше полной глухоты и слепоты.

Причина глобальных перемен в настроении Алисы вошла в квартиру в сопровождении Морозова, который не соизволил ее предупредить заранее, а позвонил из машины у подъезда. И, конечно, Алиса успела только сменить старый халат на не очень новый, но чистый домашний костюм и провести щеткой по волосам.

Когда они вошли, Алиса увидела только Кольцова, он совершенно затмил такого внушительного и колоритного Морозова. Алиса лихорадочно, почти с отчаянием, думала: «Да, неотразим. Да, блондин, елки-моталки. И как я в таком состоянии найду седину в этой шикарной золотистой волне. А хотелось бы для самоуспокоения. Чтоб Ильину пусто было: так меня сбить с толку заранее. Как тут не чувствовать себя ненакрашенной дурой».

— Сергей, — протянул ей руку нежданный гость и как будто просветил ее лицо рентгеновскими лучами нереально синих глаз.

«Привычный фокус: взгляд сыщика, который уже начал работать», — подумала Алиса. Тут же мелькнула неудобная мысль о договоре и сумме прописью, по поводу которой Алиса даже ничего не пыталась узнать. У такого человека-рентгена она, наверное, нормальная для денежных мешков, а для Алисы может оказаться космической.

— Я Алиса, — сообщила она, ответив на пожатие сильной и теплой руки. — Вы, конечно, в курсе. Я давно пыталась вас найти, но не получилось. Все и сразу получается только у Владимира. Я так вам обоим благодарна, что приехали. Но вообще-то надо было немного раньше позвонить, Володя. Я бы хоть приготовилась морально, собралась с мыслями. Так, чтобы сразу изложить суть, а не путаться в обрывках информации, которую нахватала без системы, как получилось.

— Алиса, не впадай, — по-хозяйски скомандовал Морозов. — Я просто сократил время твоих конвульсий. Позвонил бы за час, ты бы только дольше мучилась в ожидании. Вроде бы изучил симптомы твоего хронического волнения. А мне хотелось, чтобы ты была в состоянии спокойно общаться. Может, мы, наконец, войдем хотя бы в кухню. Я сам сварю кофе, а вы с Сергеем начинайте разговаривать.

В кухне Алиса, глотнув горячего кофе, вдруг совершенно успокоилась. Появилось ощущение взаимного понимания в их маленьком круге заговорщиков. Наверное, все дело в том, что этот частный детектив — на самом деле профессионал. Он так естественно и непринужденно держится, что контакт мгновенно лишается обычной шелухи узнавания. Имя этого нового самозванца — проницательный, все на свете уже повидавший обладатель самых сокровенных познаний и открыватель самых верных путей. Безупречный код защиты и побед для личности, которую мало кто способен рассмотреть по-настоящему. Как хорошо, что Алисе меньше всего хочется заглядывать за столь совершенную, продуманную и красочную ширму, чтобы обнаружить за ней обыкновенного человека, неуверенного, быть может, в главном для себя и в чем-то личном не защищенного. Ее полностью устраивает его роль в мире людей, которую он сам для себя выбрал. Он с ней справляется, бесспорно, судя по репутации этого частного сыщика. И для Алисы нет никого сейчас важнее, чем профессиональный исследователь и спасатель. Как он разбирается с самим собой — его проблемы, которые, к счастью, никогда не заставят волноваться Алису.