Онлайн книга «Портсигар с гравировкой»
|
– Мне так тяжело, так горько и больно, – с горечью призналась Вера Васильевна. – Аркаша очень хотел жить. Он был так счастлив последние годы. Скажите, Иван Дмитриевич, вы ведь в этом разбираетесь, его в пятницу убили или в субботу? Потому что если в пятницу, хоронить надо завтра. Но мы тогда не успеем дать объявление в газете. А Боренька говорит, сие обязательно, иначе никто не придет. – Не волнуйтесь, его убили в субботу, – взял грех на душу Крутилин, хотя точно этого не знал. – И лично я на похороны точно приду. – Дорофея повесят? – Нет. Даже если признают виновным. – Жаль. Сама бы его придушила… – Я слышал, у Дорофея в доме провели обыск. Скажите, портсигар и остальное ценности нашли? – Нет. Точно знаю, что нет. Наша Параша была понятой. – Тогда помогите мне составить опись пропавших вещей. Я разошлю ее по скупкам и ломбардам. – Попробую. Но мысли мои сильно путаются. Зоя принесла снотворное, которое прописал её Дюше доктор. Я его уже приняла… – Давайте все-таки попробуем. Это важно. Список составили быстро, и распрощавшись с засыпавшей Сахониной, Крутилины пошли домой. – Я тоже хочу поехать на похороны, – заявила Геля по дороге. – Нет, ты останешься здесь. В городе жарко, а по дороге трясет… – Ванечка, я хочу попрощаться. Не спорь со мной. У ворот их поджидала Мироновна. – Чего тебе? – спросил у неё Крутилин. – Иван Дмитриевич, помогите Дорофею, умоляю вас. Вы же начальник, главный сыщик, я знаю. – В городе – да, а в губернии начальство своё. Мне оно не подчиняется. – Но вы же сами сказали, что Дорофей не виноват, что кастет ему подкинули. – Да, именно так я и считаю. Но поделать ничего не могу. – А у тебя деньги имеются? Хотя бы пятьдесят рублей? – неожиданно спросила Геля. – Да я и сто наскребу, – похвасталась Мироновна. – Дорофей-то, чай, двенадцать лет на козлах. Как наша бывшая барыня ему Лапушку подарила, так народ и катает. – Ванечка, – обратилась Геля к мужу, – попроси Тарусова, пусть он защитой Дорофея займется. – Так и быть, попрошу. Но ты взамен не поедешь на похороны. Согласна? – Ты наглый шантажист. Ладно, будь по-твоему. * * * 23 июля 1873 года Утром, стоя на дебаркадере, Иван Дмитриевич проводил взглядом гроб с телом Сахонина, который привезли на станцию и погрузили в багажный вагон. Через пару минут подошел состав. Крутилину удалось одним из первых заскочить в вагон, он сумел занять сидячее место. В одиннадцать Иван Дмитриевич уже был на Большой Морской. Вызвав писарей, поручил им переписать в сорока экземплярах список украденных у Сахонина вещей, составленный его вдовой, добавив к нему злополучные сережки. Задание было исполнено к двум пополудни. Иван Дмитриевич поручил делопроизводителю раздать копии чиновникам, надзирателям и вольнонаемным агентам, чтобы те, в свою очередь, распространили их между скупщиками, ломбардами и ювелирными лавками. Около четырех, поручив Яблочкову вечерний прием, Крутилин направился в Литейную часть. Сперва – в лавку ювелира Чапского на Надеждинской улице. Золотых дел мастер оказался неожиданно молод, но с удивительной для такого возраста залысиной, которая явно свидетельствовала о его южных, кавказских ли, еврейских, а может, и греческих кровях. – Начальник сыскной Крутилин, – представился Иван Дмитриевич. – Рад, очень рад. А кто вам меня отрекомендовал? Помощник градоначальника или пристав 1-го участка Литейной части? |