Книга Санитары, страница 35 – Александр Грохт

— Ты прав, наверное, — сказал он наконец. — Но… это так тяжело. Видеть, как люди умирают, и ничего не делать.

— Знаю, — я положил руку ему на плечо. — Но ты привыкнешь. Или сломаешься. Третьего не дано.

— А ты? Ты уже привык?

Я посмотрел на него.

— Я сломался давно, Макс. Просто никто не замечает.

Он кивнул и ушёл к своей палатке. Я остался сидеть у костра один. Серёга храпел в палатке. Пэйн стоял на вахте. Остальные спали.

А я просто смотрел на огонь и думал о том, что же мы стали.

Километров через пятьдесят мы наткнулись на первую серьёзную преграду. Дорога шла через небольшой лесок, а на выезде из него стояла импровизированная баррикада — брёвна, доски, мешки с песком, опрокинутая машина. За ней виднелись люди, человек десять, в камуфляже и с оружием. Один махнул нам рукой, показывая остановиться.

Я притормозил, но мотор не заглушил. Серёга и Пэйн взяли автоматы наготове. Макса на всякий случай отправил в кунг, к девушкам.

— Что будем делать? — спросил Серёга.

— Поговорим, — ответил я, опуская стекло.

Один из мужиков подошёл ближе — крепкий парень лет сорока, с бородой и шрамом через всё лицо. В руках держал АК, но стволом вниз. Пока не агрессивен, ведёт себя даже не слишком настороженно.

— Здорово, — сказал он, останавливаясь в паре метров от кабины. — Куда путь держите?

— В Чернопокупск, — ответил я нейтрально.

Он кивнул, оглядел грузовик, задержал взгляд на кунге.

— Много добра везёте?

— Достаточно.

— Проезд платный. Сто патронов или эквивалент продовольствием.

— Серьёзно?

— Серьёзно. Мы тут дорогу охраняем, чтобы мертвецы не пролезли. Работа тяжёлая, требует оплаты.

Я посмотрел на него, потом на баррикаду, затем на остальных. Они стояли неподвижно, но пальцы лежали на спусковых крючках. Не бандиты, но и не филантропы.

— Хорошо, — сказал я. — Дам консервы. Два ящика тушёнки.

Мужик поморщился, но кивнул:

— Сойдёт.

Серёга и Пэйн держали всю компанию на прицеле, пока я копался в кунге, добывая из груды барахла две упаковки по десять банок тушёнки. Вылез и с выражением лица «подавись, грабитель» отдал ему. Он бросил быстрыйвзгляд на этикетки, кивнул своим, и баррикаду начали отодвигать. В центральной части оказалась хитро сваренная конструкция на незаметных колёсах, позволявшая передвигать часть с виду монолитной баррикады и освобождать проход. Мы проехали, и за нашими спинами эту штуку задвинули обратно.

Когда мы отъехали на пару километров, сидевший рядом Пэйн начал ворчать.

— Вот так и живут, рэкетиры хреновы. Кормятся с проезжих. Шеф, чего мы с ними стали лясы точить и разговоры тереть, ё-моё? Просто протаранил бы эту конструкцию, да и всё. Своими калашами они нам ничего особо не сделали бы. Да и у половины даже не автоматы, а так… охотничьи поделки с закосом под АК, чтоб боялись.

— Угу. А потом нам по кабине вжарили бы из чего-нибудь тяжёлого, смонтированного на чердаке соседнего дома. Ты не заметил, что ли? — ответил я.

— Чего я не заметил? — Пэйн был явно удивлён.

— Там оптика поблёскивала, и всё это время нас держали на прицеле. К тому же… ну не обеднеем мы. Эту тушёнку мы и тащили скорее на обмен или оплату проезда. Этим ребятам тоже жить надо. Магазины разграблены, склады продуктовых фирм заброшены. Тем, у кого скотина, — повезло. А остальным что жрать-то? Заметь, они не пытались нас ограбить, просто взяли мзду за проезд — а значит, кто-то тут катается и торгует. И лучше пусть здесь сидят не бандиты, а эти ребята. С бандитами было бы сложнее.